– Выглядишь неплохо, парень, – сказал Рейчис. Прозвучало неубедительно.
Внезапно второй белкокот заскочил в дом и заворчал.
– Прелестно, – сказал Рейчис. – Так… В общем, как выясняется, это было не лучшее убежище.
– Что? Почему?…
– Кто-то выследил тебя.
Второй белкокот еще что-то просвистел, и Рейчис прибавил:
– Несколько человек.
Большинство выслеживающих заклинаний – это комбинация магии шелка и железа. Шелк нужен, чтобы прикоснуться к разуму объекта, а железо – чтобы создать притяжение, приближающее мага к цели. Не так уж много людей могли сотворить подобное заклинание, направленное на меня. Родители, само собой. Теннат и его братья. Кровожадные убийцы-медеки…
Я задумался: а есть ли вообще кто-нибудь, способный сотворить это заклинание, но при том не желающий убить или искалечить меня?
– Далеко они? – спросил я.
Рейчис подбежал к двери и понюхал воздух.
– Трудно сказать. Весь город провонял голокожими. – Он снова принюхался. – Но один очень близко отсюда. Одна. Это женщина. – Рейчис прижал уши и оскалился. – И она скоро умрет.
– Стой! Что?
Рейчис не ответил. Он присел на полусогнутых лапах и напрягся, готовый броситься в драку. Хвост подрагивал от нетерпения. Снаружи слышался шум дождя, а еще – легкие быстрые шаги.
– О! Будет весело, – проворчал Рейчис.
Я бочком двинулся к двери, прижимаясь спиной к стене. Сунул руку в карман и достал стальную карту Фериус.
– Келлен? – раздался голос. – Ты там?
Нифения!
Она возникла в дверном проеме. Пальцы правой руки сложены в жест заклятия, которое она использовала для поиска.
– Келлен, тебе надо бежать! Сюда идут, чтобы…
Слишком поздно она увидела Рейчиса и вторую белку. Краем глаза я уловил движение и, разумеется, сделал очередную глупость. Встал перед Нифенией, раскинув руки.
– Рейчис, нет!
Вы когда-нибудь видели гигантского белкокота, прыгающую на вас? Пасть разинута во всю ширь, когти выпущены, перепонки вибрируют, а глаза полны безумной ярости. Если не видели… ну… ваше счастье.
– Рейчис, стой!
Я едва успел выставить руку – и зубы зверя тут же вонзились в нее. Несколько секунд он висел на мне, пытаясь подцепить когтями. Я уверен, что маленькое чудовище отгрызло бы мне руку, если бы вторая белка не прыгнула на него и не ухватила за шею. Рейчис тут же разжал челюсти и прыгнул на пол, обратив свой гнев на второго зверя.
– Это мое! – прорычал он.
Его спутница зарычала в ответ.
– Келлен, что происходит? – пролепетала Нифения. – Что они делают?
Ворчание и свист Рейчиса стали почти неразборчивыми. Мне потребовалось время, чтобы понять, что он говорит.
– Мне плевать, чем она пахнет! – орал Рейчис. – Она с другими голокожими пыталась меня убить!
Ответ второго белкокота был и вполовину не так громок. На самом деле он был тихим… как шепот. Но что бы он ни сказала, вся воинственность Рейчиса тут же испарилась. Он выглядел… так, словно испугался.
– Ладно, пусть скажет, что хотела, – пробурчал он. – Я могу убить ее и позже.
– Келлен?… – проговорила Нифения.
Я наконец-то посмотрел на нее и увидел, что она насквозь промокла. И была одета явно не по погоде. Волосы облепили лицо. Глаза были полны страха. Как же мне хотелось обнять ее, утешить, ободрить… Только вот я не знал, можно ли ей доверять.
– Что ты тут делаешь, Нифения?
Она зыркнула на Рейчиса.
– Это тот?… Тот, которого мы…
– Пытали? – пробурчал он. – Мучали своей паскудной джен-теповской магией?
– Он выглядит иначе, – сказала Нифения. – Не похож на чудовище, о которых нам рассказывали…
Я не знал, что на это сказать. Рейчис выглядел, в общем, так же, как и в ту ночь, когда они измывались над ним. В конце концов я выдал:
– Его зовут Рейчис.
Нифения вдруг всхлипнула. По ее щекам покатились слезы.
– Мне жаль, – прорыдала она. – Я не знаю, почему мы… Я так хотела доказать остальным… Хотела показать, что могу творить высшую магию.
Она повернулась ко мне. Все ее напускное спокойствие исчезло.
– Ты можешь сказать ему, что я прошу прощения?
– Он тебя слышит, – отозвался я.
Нифения подошла к Рейчису и, проявив недюжинную отвагу, присела перед ним на корточки. Рейчис вздыбил шерсть на загривке, оскалился и проворчал что-то неразборчивое.
– Мне очень жаль, – сказала Нифения. – То, что я сделала, нельзя простить, я знаю…
Рейчис не ответил, и Нифения подняла взгляд.
– Он меня понимает? Он не…
– Скажи мерзавке, что очень скоро я за ней приду. Проберусь в ее дом и отгрызу ей уши. А потом съем ее глазные яблоки… прямо у нее на глазах!
Он излучал такую ярость, что его влажная от дождя шкура исходила паром. Трудно было его винить.
– Она думала, что ты монстр, Рейчис. Она не понимала.
– Если б только можно было повернуть все вспять, я бы это сделала, клянусь, – сказала Нифения.
Рейчис снова ощетинился.
– Ладно, – буркнул он. – Скажи, чтобы выбрала любимый глаз. Один я ей оставлю. – Он посмотрел на меня и зарычал. – А второй съем!
– Что он сказал? – спросила Нифения.
– Он сказал… – Я старался сохранить невозмутимость. – Сказал, что понимает. Говорит, что мы все иногда совершаем глупости. И что он прощает тебя.
Рейчиса это не смягчило.
– О, вот как! Теперь я хочу съесть и твои глаза, ты пакостный…
