Келли неохотно вернулась на свое место.
— Валяйте, что там у вас.
— Я хотела спросить, не…
К ним подошел официант с меню в руках:
— Что угодно, леди?
— Ничего, — буркнула Келли.
— Два кофе, — заказала Дайана.
Келли, вызывающе глянув на нее, соизволила обронить:
— Мне только чай.
— Да, мэм.
Официант кивнул и отошел.
— Понимаете, мы с вами… — снова начала Дайана. У столика возникла маленькая девочка:
— Нельзя ли получить ваш автограф?
— Ты знаешь, кто я? — удивилась Келли.
— Нет, но мама говорит, что вы знаменитость.
— Она ошибается.
Девочка разочарованно отошла. Дайана озадаченно уставилась на Келли:
— Я тоже должна знать, кто вы?
— Нет. И я терпеть не могу, когда чересчур любопытные особы суют нос в мою личную жизнь. Так что все это означает, миссис Стивенс?
— Дайана, пожалуйста. Я слышала, что с вашим мужем случилось нечто ужасное.
— Его убили.
— Моего мужа тоже убили. Он, как и ваш, работал на КИГ.
— И это все? — нетерпеливо спросила Келли. — Да ведь там работают тысячи людей. Если бы они одновременно простудились, вы назвали бы это эпидемией.
Дайана подалась вперед:
— Послушайте, это очень серьезно. Прежде всего…
— Простите, но я действительно не в настроении, — перебила Келли, поднимая сумочку.
По кафетерию неожиданно эхом пронесся голос Дайаны:
— В комнате было четверо.
Женщины испуганно обернулись на звук. Он несся из укрепленного над стойкой телевизора. Шел старый репортаж из зала суда. Дайана стояла на свидетельском месте.
— Один из них был привязан к стулу. Двое стояли по бокам, а мистер Алтьери, кажется, допрашивал его. Мистер Алтьери выхватил пистолет, крикнул что-то и выстрелил этому человеку в голову.
На экране появился ведущий:
— Вы слушали показания Дайаны Стивенс, свидетельницы по делу главаря мафии Энтони Алтьери, обвиняемого в убийстве. Присяжные только что вынесли оправдательный приговор.
Дайану словно громом поразило.
— Почти два года назад один из подручных Алтьери был застрелен, и Дайана Стивенс утверждала, что своими глазами видела, как это сделал сам крестный отец. Но, несмотря на это, присяжные поверили другим свидетелям, опровергшим ее показания.
Келли широко раскрытыми глазами смотрела на экран, где уже выступал новый свидетель. Вопросы задавал Джейк Рубинштейн, защитник Алтьери.
— Доктор Рассел, вы работаете в Нью-Йорке?
— Нет. У меня практика в Бостоне.
— В тот день, о котором идет речь, к вам обращался мистер Алтьери?
— Да. У него давно проблемы с сердцем. Меня вызвали к нему по поводу небольшого сердечного приступа, но я весь день продержал его под наблюдением.
— Значит, четырнадцатого октября он не мог быть в Нью-Йорке?
— Никак не мог.
После допроса обвинения судья вызвал еще одного свидетеля.
— Род ваших занятий, сэр?
— Управляющий отелем «Бостон-Парк».
— Четырнадцатого октября вы были на работе?
— Как всегда.
— Не случилось ли чего-то необычного в тот день?
— Случилось. Мне позвонили из номера люкс в пентхаусе с просьбой немедленно прислать доктора. Я связался с доктором Расселом, и он сразу приехал. Мы поднялись в номер. Я сам проводил доктора, желая узнать, что случилось.
— И что же вы увидели в номере?
— Мистер Алтьери лежал на полу. Мне казалось, что он умирает. Сами понимаете, какая это неприятность для нашего отеля.
Дайана постепенно бледнела.
— Они лгут, — прохрипела она. — Оба.
