Впрочем, клиентов Грейс предупреждать было уже поздно. Оставалось только работать с тем, что есть. Но читателей еще можно предостеречь. К концу свободного часа Грейс уже знала, что напишет книгу. Нужно донести до людей важную мысль – если будете внимательны и непредвзяты с самого начала, если приучитесь наблюдать и делать выводы, многих ошибок и неприятностей можно будет избежать. Не следует терять бдительность, даже если мужчина любит вас (или говорит, что любит). Даже если хочет жениться (или говорит, что хочет). Даже если обещает сделать вас счастливой (кстати, с этой задачей не в силах справиться ни один человек, кроме вас самих).
А еще Грейс очень хотелось, чтобы эти простые истины донесла до людей именно она.
Да-да, потому что более знающего и компетентного в этой области человека найти трудно, ругала себя Грейс, стоя в книжном магазине в Коннектикуте. Чем же тогда она отличается от других психологов, с высоты своего богатого опыта раздающих советы ничтожным и невежественным читателям? Разве не все они ждут восхищения и благодарности? «Да уж, и того и другого я точно дождалась», – подумала Грейс.
Но теперь на эту тему не стоит и размышлять. Возвращаясь домой с продуктами для праздничного стола и подарками для Генри, Грейс так сильно сжимала руль, что пальцы начали болезненно пульсировать. Снова похолодало, и Грейс во все глаза следила за дорогой, чтобы машину не занесло на опасном черном льду. Большой участок гололеда находился сразу за поворотом на Чайлд-Ридж, дорогу, которая соединяла почти все дома у озера. Преодолев трудное место со скоростью улитки, Грейс наконец осмелилась посмотреть вперед и увидела у почтового ящика возле каменного коттеджа мужчину. Видимо, это тот самый единственный дом, где сейчас кто-то живет. Грейс, конечно, хотелось побыть в уединении, но элементарные правила добрососедства, равно как и чисто практические соображения требовали наладить отношения с единственной живой душой в ближайшей округе. В случае чего в зимней глуши помощи ждать особо неоткуда, так что познакомиться с соседом весьма полезно.
Мужчина приветственно помахал рукой. Грейс осторожно затормозила и остановилась.
– Добрый день! – поздоровался сосед. – Так и думал, что это вы едете.
Грейс опустила стекло в машине.
– Здравствуйте! – широко улыбнулась и преувеличенно бодрым тоном ответила она. – Меня зовут Грейс. Грейс Рейнхарт-Сакс.
– Знаю, – кивнул сосед. На нем была поношенная пуховая куртка. В нескольких местах перья даже торчали наружу. На вид мужчина был примерно одного возраста с Грейс – может, немного постарше. Седые волосы подстрижены совсем коротко. В руках сосед держал почту – газеты, рекламные листовки, письма. – Я Лео Холланд. Помните? Мы с братьями вашу маму до белого каления доводили!
Неожиданно для себя Грейс рассмеялась:
– Ах да, точно. Прошу прощения.
Она сама не поняла, с чего вдруг принялась извиняться за маму, да еще и спустя столько лет. Марджори Рейнхарт всю жизнь с нежностью вспоминала года, когда их домик был единственным на озере. А мальчишки с другого берега, обожавшие кататься по озеру на моторной лодке и водных лыжах, так бесили ее и выводили из себя, что Марджори регулярно бросала соседям в почтовый ящик записки, умоляя соблюдать тишину. В этот самый почтовый ящик, подумала Грейс.
– Что вы, извиняться вовсе ни к чему, – добродушно отозвался Лео Холланд. – Дело давнее, чего там… С тех пор столько воды утекло. Простите за каламбур.
– Теперь постоянно здесь живете? – решила сменить тему Грейс.
– Вообще-то нет. – Лео Холланд сунул руку в карман. – Я в академическом отпуске. Хотел поработать над книгой дома, но это же невозможно! Только и знают, что названивать целыми днями! То на собрание преподавателей факультета зовут, то рецензию на диплом написать нужно! Даже какие-то дисциплинарные взыскания обсуждать приглашали! Вот и решил сбежать до конца отпуска. Простите, если лезу не в свое дело, но и у вас ведь, кажется, дом к зиме не приспособлен?
Лео Холланд улыбался – точнее, усмехался. Улыбка у него была немножко кривоватая.
– Нет. А у вас?
– Более или менее. Тепло, конечно, не бывает, зато хоть куртку снять можно. Как же вы эти холода выдерживаете?
– Пользуемся подручными средствами, – пожала плечами Грейс. – Обогреватели, одеяла… Сами понимаете.
Лео Холланд нахмурился:
– «Пользуемся»? Во множественном числе?
– «Множественное число» – это я с сыном. Ему двенадцать лет. Вообще-то пора домой, я в первый раз оставила его здесь одного…
– Похоже, ваш сын дома не один, – возразил Лео. – Только что проходил мимо, и рядом с вашим коттеджем была припаркована машина.
У Грейс перехватило дыхание. Мысленно подсчитала, сколько времени отсутствовала. Часа два, не больше. Или три. Грейс охватила тревога. Видимо, зря она надеялась, что расстояние в один штат охладит пыл журналистов. Похоже, сенсация оказалась более громкой, чем надеялась Грейс.
– Помощь не нужна? – спросил неожиданно посерьезневший Лео Холланд.
– Нет, но… мне надо ехать.
– Да-да, конечно. Заходите как-нибудь поужинать. Вместе с сыном. Скажем, на Новый год?
