— Почему ты уехал? — наконец, заговорила она, смотря в пол.
— А почему ты приехала? — немного грубо спросил Рома.
— Вася заставил, — буркнула Линда обиженно.
— Ты чего-то хочешь от меня, Линда, но я ничего не могу тебе предложить, — от этих прямых слов девушка моментально подняла на него свои глаза, и Рома продолжил, — я не верю во всю эту романтическую чушь: отношения, брак, дети, — и не хочу, чтобы ты заблуждалась на мой счет. Я не стану другим. И нет смысла начинать что-либо, если потом ты будешь требовать от меня того, чего я не обещал.
— О, — Линда улыбнулась, — мне приятно, что ты говоришь со мной искренне.
— Даже больше тебе скажу: я действительно алкоголик. Это не образ, я пью каждый день, пока здоровье позволяет. Я действительно скандалист, я реально матерюсь…
— А еще ты умный, тактичный, хороший друг, относишься с уважением к людям, терпимый, самокритичный, — продолжила за него Линда и сделала неуверенный шаг ему навстречу.
Рома рассмеялся.
— Вот видишь, ты продолжаешь заниматься самообманом. Ладно, скажу прямо: кроме секса я не могу тебе ничего предложить. И стоит отметить, — в его глазах загорелся какой-то животный огонь, и он непроизвольно облизнул губы, — ты чертовски привлекательна и, что уж скрывать, я тебя безумно хочу.
Взгляд Линды затуманился, из уст вырвался тихий стон, и она сделала еще один шаг вперед.
В этой тесной прихожей вдруг стало нечем дышать, Рома стоял совсем близко, но он был таким высоким, что при всем желании Линда не смогла бы его поцеловать.
— Черт, — Рома выругался и судорожно провел ладонью по волосам, — я реально хочу тебя, — и когда она приоткрыла рот, тяжело дыша, Рома не выдержал и, впечатав Линду в стену, впился в ее губы.
Когда он прижал ее к стене своим телом, Линда застонала еще громче и обхватила ногами его бедра.
— Какая же ты горячая штучка, — прошептал Рома, вылизывая ее шею. От ее стонов у него буквально крышу сносило, и не успели они опомниться, как Рома, кое-как надев презерватив, вошел в нее прямо на полу прихожей.
Чем сильнее он входил, тем глубже становился их поцелуй. Хотелось вжаться друг в друга еще сильнее. Оба кончили почти сразу, и потом еще долго лежали, прижавшись друг к другу, и тяжело дышали. Только когда стало холодно, Рома высвободился из ее объятий и встал, протянув руку Линде.
— Вставай, а то простудишься еще, — сказал он уже совершенно спокойным голосом, — что-то пить захотелось, — и пошел на кухню.
Линда осталась стоять в прихожей, не понимая, как ей себя вести. Буквально минуту назад она была счастлива, чувствуя, как Рома отдает ей себя, как он кайфует от нее, горит, наслаждается, а сейчас он снова был холоден. Хотелось плакать.
Так и не дождавшись приглашения, Линда все же пошла за ним на кухню и застала его застывшим у окна.
— Мне уйти? — спросила она.
Рома молчал.
Наверное, самое время было развернуться и громко хлопнуть за собой дверью, но Линда не спешила. Она вдруг увидела перед собой одинокого мужчину, который нуждался в любви и тепле. Переступив через гордость, она подошла к нему и обняла со спины.
— Молчишь? Значит, побуду еще немного.
— Не надо этой нежности, — сказал Рома как-то спокойно, устало, — не нужно меня идеализировать.
— Рома, я через неделю должна быть в Штатах на съемках. Я уезжаю туда на месяц. И так будет постоянно. Так о каких отношениях может идти речь? Ты их не хочешь, а я не смогла бы тебе их дать, даже если бы очень захотела. Поэтому если тебе сейчас хочется меня обнять, то обними. А если нет, то скажи сразу, и я уйду.
Рома тяжело вздохнул, а потом развернулся и обнял ее в ответ.
— Идем спать, — сказал он, и в этот момент Линда почувствовала, что действительно не ошиблась в нем.
Как же давно она не засыпала в объятиях любимого человека. В эту ночь она уснула быстро в кольце его рук, а вот Рома долго не мог, чувствуя, что его окрутили вокруг пальца: совсем незаметно, так мягко, но настойчиво эта девушка оказалась в его объятиях.
«Она не сможет меня полюбить, она придумала меня, и когда узнает лучше, окажется там же, где все остальные», — думал Рома. Примерно спустя час Линда развернулась к нему лицом и обняла. Что-то кольнуло у Ромы в груди, но он позволил ей обнимать себя и вскоре уснул.
Утром к Роме вернулся прежний оптимизм, и он решил плыть по течению, оставаться собой, а там будь что будет.
Пробуждение было довольно неловким, но решив поступать так, как ему хочется, Рома просто потянулся рукой к трусикам Линды, и они вновь занялись страстным сексом. Линда была очень чувственной и податливой, откликалась на каждое его прикосновение, и это его безумно заводило. На время оба решили забыть о предстоящих трудностях и наслаждались друг другом.
После секса они снова лежали обнявшись, и Рома уже не так сильно напрягся, когда Линда положила голову ему на грудь.
— Что приготовить на завтрак? — спросила она.
— Бутылку пива.
Линда рассмеялась.
— Я не шучу. Я не завтракаю, а вот пиво пью с утра.
— Хм, ну, ладно. А я бы перекусила. Можно поискать что-то на твоей кухне?
— Конечно, но сомневаюсь, что ты что-то найдешь.
