— Амалия считает это место слишком мрачным и предпочитает ему либо гостиную, либо свой будуар, — голос Анны Леопольдовны звучал ровно, но Тина уловила в нем намек на сарказм. — А Серафим проводит свободное время в кинозале или бильярдной.
— А мне можно будет сюда приходить? — спросила Тина, пристраивая на коленях пакет с пирожками.
— Конечно, — Анна Леопольдовна удивленно приподняла брови, — это ведь ваш дом и вы вольны делать в нем все, что захотите. Единственное место, куда домочадцам ограничен доступ, это кабинет Якова Романовича. Ваш отец очень не любит, когда его отвлекают от дел.
Тина кивнула, ее покойный дед был точно таким же, он тоже не любил, когда его отвлекали от дел.
Зимний сад находился на первом этаже. От обычного сада его отделяла лишь стеклянная стена. Здесь было светло, красиво и как-то по-особенному уютно. Экзотические деревья в кадках, благоухающие цветы, кактусы всех форм и размеров. Большинство из них Тина видела впервые, некоторые показывали по телевизору в передачах, рассказывающих о дальних странах.
— По вечерам сад подсвечивается, — сказала Анна Леопольдовна. — Изумительное зрелище!
По тому, как она это сказала, Тина поняла, что оранжерея значит для нее также много, как каминный зал для отца, будуар для Амалии и бильярдная для Серафима.
— Зимой здесь, наверное, здорово. — Тина понюхала экзотического вида цветок.
— Да, — домоправительница глянула на часы, — но нам пора, через пятнадцать минут приедет дизайнер, я провожу его в вашу комнату.
Дизайнером оказалась молодая и очень энергичная женщина. Одета она была в демократичные джинсы и коротенький пиджачок, но выглядеть при этом умудрялась невероятно стильно. Дизайнер представилась Натальей, крепко, по-мужски пожала Тинину руку, бегло осмотрела комнату, заглянула в ванную и гардеробную, уселась на кровать, спросила:
— Ну, что желаем?
Тина растерялась. Она точно знала, чего не хочет, а вот с пожеланиями дело обстояло намного сложнее.
Наталья понимающе кивнула, достала из внушительных размеров портфеля не менее внушительный талмуд, протянула Тине.
— Вот здесь кое-какие фотографии, наброски. Просто выбери, что тебе ближе по стилю, а дальше я уж сама.
Тина пролистала талмуд и горестно вздохнула. Проблема лишь усложнилась — ей нравились практически все варианты. Дизайнер расценила ее смущение по-своему:
— Что, совсем ничего не нравится?
— Хуже, мне все нравится, — Тина отложила каталог.
— О, все б клиенты были такими, — Наталья широко улыбнулась.
— Мне бы что-нибудь не слишком блестящее и не слишком вычурное, — попросила Тина.
— Не слишком блестящее и не слишком вычурное? Пожелание предельно ясное. Давай договоримся так — на днях я к тебе снова подскачу, привезу предварительный макет. Лады?
Тина облегченно кивнула.
— Только дай-ка мне на всякий случай номер своего мобильного.
— Мобильного? — переспросила Тина растерянно.
— Чтобы быть на связи.
— А у меня нет.
— Нет?! — кажется, Наталья ей не поверила. Наверное, трудно представить, что у человека, живущего в таком доме, нет сотового телефона.
— Ладно, тогда я позвоню вашей домработнице.
— Домоправительнице, — машинально поправила Тина и тут же испугалась, что Наталья может расценить это заявление как проявление снобизма. — Я хотела сказать, что Анна Леопольдовна выполняет функции не столько экономки, сколько секретаря.
— Я поняла! — Наталья захлопнула талмуд, спрыгнула с кровати. — Значит, будем держать связь через домоправительницу. А вот это моя визитка, — она протянула Тине серебристую картонку. — Тут мои контактные телефоны на случай, если ты вдруг решишь внести какие-то коррективы.
Тина знала, что никаких корректив вносить не станет, но из вежливости кивнула. Когда она рассталась с дизайнером, часы показывали половину двенадцатого, до встречи с Амалией осталось совсем ничего.
Тина посмотрела на пакет с пирожками. Пирожки перед дорогой будут как нельзя кстати. Можно было бы спуститься на кухню, попросить Надежду Ефремовну, чтобы сварила свой замечательный кофе, но она не стала, побоялась новых разговоров и расспросов. На сегодня с нее более чем достаточно общения, а ведь день еще даже не перевалил за середину, и впереди ее ждет шопинг в обществе надменной Амалии. Нет уж, лучше она перекусит у себя, подальше от посторонних глаз.
Из дома Тина вышла без десяти двенадцать, побоялась опоздать и прослыть необязательной. Время показало, что она зря волновалась.
…На часах было уже без четверти час, Тина вдоволь налюбовалась домом, вдоль и поперек измерила шагами подъездную дорожку, а Амалия все не шла. Она появилась только в начале второго, когда Тина, отчаявшаяся и уставшая ждать, уже собиралась уходить.
— Привет! — Амалия улыбалась как ни в чем не бывало. — Давно ждешь?
— Больше часа.
— Всего-то? — Амалия заправила за ухо платиновую прядь, нацепила солнцезащитные очки.
— Мы договаривались встретиться в двенадцать. — Не то чтобы Тине хотелось поскандалить, но долгое ожидание изрядно подпортило настроение.
