Если быть честной, злюсь, самую малость. Обычно такие вещи я сама за себя решала. Ничего принудительного. Теперь надо считаться не только со своим мнением. Но показывать свое недовольство было бы верхом наглости. На заботу обижаться нельзя.
Пока я была занята, ребята вынесли какой — то центр игрушек. В прихожей стоит с десяток коробок. Вид у меня говорящий. Да, баловать надо, но тут перебор.
— Макар сам выбирал, — заявляет Егор, с видом полной непричастности к делу.
— Подтверждаю, в моем детстве такого не было. Надо быть в курсе событий.
Остается только вздохнуть.
Завтра по плану навестить утром своих. Всегда жду и очень боюсь этих моментов. Там держать свои эмоции под контролем никак не могу. Егор просится вместе, но Макар понимает мой просящий взгляд. И отвлекает его. Абсолютно в себе не уверена, и в своей выдержке тоже. Столько всего хочется им рассказать, не уверена, что маленький должен это услышать.
Макару нужно в Москву. Пора возвращаться к работе. Отпустить мы друг друга не можем. Мозгом осознаю, так нельзя, привязанности очень дорого обычно обходятся, во всяком случае, мне, но ничего не могу с собою поделать. Погрязла уже с головой.
У Макара всё так же. Признаний ни одна из сторон не произносит. Они разве нужны, когда мы сутки на пролет вместе проводим. Он настаивает на том, чтоб мы вместе с ним полетели.
— Почему мы вообще не в Москве его начали проходить? — после очередного разносного разговора потирает свои виски. Заметно уже он устал, напряжен.
Вопрос риторический. Сам знает ответ, именно он очень долго общался с врачами. Подхожу ближе и начинаю гладить его голову. В первую секунду замирает, следом расслабляется, откидываясь навстречу моим рукам.
— Кто бы мог подумать, что несговорчивая злюка может быть такой нежной, — произносит с легкой улыбкой.
Тану его за волосы, поддается, откидывает голову глубоко назад. Наклоняюсь и прикасаясь своими губами к его.
— Ты у нас очень умный, мог бы и догадаться, — шепчу.
— Кстати об умных, ты не говорила, что с золотой медалью школу окончила. Егор тебя сдал, — по лицу вижу, точно всё видел, она на полке пылится уже много лет, — Могла бы и сама рассказать.
Макар почему — то весь загорается, когда узнает обо мне что — то новое, по возможности хорошее.
— Я не успела. Мы ведь с тобой не так уж и долго знакомы, — говорю сущую правду. Кто бы мог подумать. Несколько встреч и прощай моя крыша.
— Я тебе, конечно, верю, — по его версии всё иначе, знакомы мы долго, чуть ли ни годы я его морозила.
Поздно вечером раздаётся звонок. Илья.
Из их разговора становится ясно, последний в гости зовёт. Проблем накопилось, нужно обсудить в неформальной обстановке.
Макар сходу отказывается. Ему как и мне хочется проводить больше времени только вдвоем, он этого не говорит, я без слов понимаю. Глаза у него более чем говорящие.
Жизнь Макара изменилась сильнее моей. Это не дает мне покоя. Не хочется быть для него обузой. Портить его отношение с родными и друзьями тоже не хочется.
— Если хочешь, вместе поедем, — обнимаю, как только он кладёт трубку, прижимаюсь губами к его плечу.
От меня исходит слишком много тактильных контактов. Если бы ему это не нравилось, сказал бы?
— Или мы просто можем тебя отпустить, — продолжаю не получив никакого ответа.
— Без вас я точно никуда не поеду. Если не против, могли бы все вместе съездить. Дом недалеко от Москвы, — естественно я соглашаюсь, с ним вместе мне нравится всё.
— Отлично, завтра я поработаю, — смотрит на телефон, на который приходят сообщения, — Потом вместе съездим, за одно вы развеетесь, — а то ж мы устали, конечно, — К Илье сын прилетел, взрослый парень. Раньше мы много времени проводили втроем, — тянется к телефону и добавляет, — Ты ему точно понравишься.
Последняя фраза меня удивляет.
— У вас с ним вкусы похожи? — судя по реакции — я угадала. Вот это уже интересно.
— В мешке у меня поедешь, а то мало ли, парень молодой, горячий.
***
— Вообще куда угодно можно на нем полететь? — у Егора море вопросов.
Иду следом за ними, особо не прислушиваюсь, но голос сына слишком уж звонкий.
Его привязанность к Макару пугает. Я не ревную, думаю, что не ревную. И объективно понимаю, сыну не хватает мужского примера, да и просто у них куча общих тем, в которых я не сильна. И все же порой ругаю себя, за то, что так быстро их познакомила. Всё само собою сложилось.
— Куда угодно, — подтверждает, он всегда общается с Егором на равных. Никаких» шел бы ты мальчик отсюда», на любой, даже повторно заданный вопрос Макар отвечает спокойно, — Подлечим маму и ты сможешь выбрать куда полетим. Надо перед твоей школой успеть отдохнуть.
Во мне такая буря эмоций, как у Егора не появляется. Вопрос обучения до сих пор открыт. Я была уверена — в школу мы пойдем на юге. А теперь…. Иногда мне хочется в Питер вернуться. В то же время Макар, явно, из Москвы не уедет.
И самое главное, меня с собой не зовет.
Поднять эту тему, тоже самое, что и навязываться. Не хочу.