Польских смут невольный современник,Рано утром прибыл я в Мендзыжец.Праздник был. И служба шла в селеньях,В тех, что немцы не успели выжечь.Комендант меня устроил чудноВ старом добром тихом доме. Помню,Как Марыля АдамовичувнаВечером читала Сырокомлю.Брат ее, довольно кислый парень,Шляхтич и один в дому добытчик,Полагал, что он принципиален,Потому что не менял привычек.Утром отправлялся на толкучку,Предварительно начистив обувь.Там торчал, распродавая кучкуБарахла из старых гардеробов.А потом он торопился бриться(Жокей-клуб был в доме брадобрея).Между прочим, юная сестрицаМне стихи читала в это время.Ах, моя чахоточная панна!Маленького зальца воздух спертый!Как играла ты на фортепьяноО себе – беспомощной и гордой.От костлявых клавиш мерзли руки.И сжимал я в тайном трепетаньеПольшу сеймов, королей, мазурки,Бледных панн, Мицкевича, восстаний.Я покинул этот город в полночь,Собрался и отвалил бесшумно.Спали пан Станислав АдамовичИ Марыля Адамовичувна.Перед Седлицем едва серело,И не знал я, что еще увижуРебра искалеченной сиреныИ за Вислой снег, от крови рыжий.4 октября 1973<p>Стихи и проза</p>Мужицкий бунт – начало русской прозы.Не Свифтов смех, не Вертеровы слезы,А заячий тулупчик Пугача,Насильно снятый с барского плеча.Мужик бунтует против всех основ,Опровергая кесаря и Бога.Немая Русь, обильна и убога,Упорно ищет сокровенных слов.И в русской прозе отреченный графПостиг, переболев в себе боренье,Что вера без любви – одно смиренье,А при любви – отстаиванье прав…Российский стих – гражданственность сама.Восторг ума, сознанье пользы высшей!И ямбов ломоносовских громаЗакованы в броню четверостиший.А в Пушкине все соединено —Век чаяний и грез и наши лета,Свобода летописца, честь поэта,И прозы соль, и грозное виноПоэзии…Года бегут, бегут!И время нас стихам и прозе учит.И сочинителей российских мучитСознанье пользы и мужицкий бунт.1957–1974<p>Выйти из дому при ветре</p>Выйти из дому при ветре,По непогоду выйти.Тучи и рощи рассветныПеред началом событий.Холодно. Вольно. Бесстрашно.Ветрено. Холодно. Вольно.Льется рассветное брашно.Я отстрадал – и довольно!Выйти из дому при ветреИ поклониться отчизне.Надо готовиться к смертиТак, как готовятся к жизни…1974<p>Вас соберу, красавицы мои</p>Вас соберу, красавицы мои,По прихоти воображенья.Пускай мой сад нанижет вам своиРябиновые ожерелья.Пройдите все, как пестрый хоровод,На празднике воспоминанья.И каждая пускай сорветГроздь горького признанья.1974<p>Ветры пятнадцатых этажей</p>
