Отец отправился в свой домик, чтобы решить рабочие вопросы, хотя грозился выключить телефон, а лучше оставить его в салоне автомобиля. Мы же с Тимуром решили отправиться на прогулку. По пути забрели на конюшню. Моя любовь к лошадям безгранична. Нахождение с этими добрыми животными здорово успокаивают и снимают стресс. Отец это прекрасно знал, именно поэтому и решил привезти сюда, чтобы я полностью отвлеклась от негативных мыслей. В седле я держалась уверенно. Не зря дедушка с детства этому обучал меня. Решила прокатиться по леваде. Тимур категорически отказался в этом участвовать, на что я только рассмеялась:
— Не смотри, что они такие большие, они очень добрые. Они чувствуют нас. Ты так ловко управляешь своими спорткарами, а милую лошадку боишься.
— Я как-нибудь в другой раз.
— Ну, как знаешь.
Катание на лошади заполнило именно тот пробел, который появился в моей жизни. Ощутила себя полной свободы, раскованности. Казалось, словно я куда-то лечу. А все волнения, страхи и тревоги испарились. Верховая езда помогает мне почувствовать животное, поддержать ту тесную связь, что между нами начала устанавливаться. Уверена, что Агнесса — так звали белую кобылу, которую я выбрала, — чувствует тоже самое. Завтра непременно отправлюсь в конный поход. Уж кто-кто, но отец мне точно составит компанию.
— Ну, вот, один сбежал с телефоном в домик, и ты туда же. Это как называется?! Привезли меня в такое чудное место, а развлекаюсь я сама.
— Я заметил, что ты неплохо контактируешь с лошадьми.
— Есть такое. Всё благодаря дедушке. Ну, что, идём? — спросила.
— Да, конечно. Не замёрзла? — провёл ладонью по моим рукам.
— Издеваешься?
— Тогда пошли.
— Куда?
— Увидишь. — подмигнул.
Пришли к подвесному мосту.
Взглянула испуганно на парня:
— Я туда не пойду. Я ужасно боюсь высоты, если ты не помнишь. А ещё он шатается. А вдруг я свалюсь? Ну, уж нет. Иди сам.
— Тая, — взглянул на меня своими голубыми глазами, — доверься мне. И всё будет хорошо.
С недоверием посмотрела в сторону моста, потом перевела взгляд на парня.
— Ладно, идём, — вложила руку в ладонь парню, — если я упаду, передай папе, что я безумно его люблю.
Парень закатил глаза.
— Маленькая воображунья, — чмокнул в нос. — Просто верь мне.
Вздохнула. Ладони вспотели. Ступни стали ватными, я их словно не чувствовала. Мысленно себя уговаривала не смотреть себе под ноги. Первой на деревянную дощечку ступила я. За мной следом шагнул Тимур. Мост стал покачиваться от движений.
— О, боги. Я сейчас умру, — запищала.
Парень со спины обнял меня и тихо прошептал на ухо:
— Ничего не бойся. Ты со мной.
— Тимур, а может ну его, этот мост?
— Вперёд. И не заговаривай мне зубы. Возвращаться не так страшно будет.
— В смысле возвращаться? Э, мы так не договаривались.
— Тая, ты мне веришь? — парень серьёзным взглядом посмотрел на меня.
— Верю, — сглотнула. — Но страшно.
— Со мной ты не должна бояться. Для этого я здесь, с тобой.
— Хорошо, но иди впереди, а я буду держаться за канатную верёвку по бокам. Буду падать, утащу тебя за собой.
Тимур широко улыбнулся. Ему безумно шла улыбка, такая искренняя, а ещё эти ямочки на щеках.
— Ну, как ощущения? — спросил, когда мы прошли преграду только в одну сторону.
— Жить буду, — буркнула.
— Ничего не ощутила, когда шла по этому шаткому мосту?
— Нет.
