— Вчерашний день, мягко говоря, подкосил нас всех. Никто не ожидал такого завершения. Но, в частности, меня окунул в далекую юность.
Вскинула взгляд, до конца не понимая, о чём говорит отец. Мы шли, прижавшись друг к другу.
— У нас с твоей мамой не всегда всё было гладко. Как сейчас помню тот осенний день. Мы приехали в деревню. Там было какое-то гулянье. И вот пока меня отвлекли старые знакомые, к твоей маме подошёл старый приятель. Я тогда был никем. Молодой, зелёный, только закончил институт. А тот статусный. Ну, я с дуру приревновал. Ещё и одноклассница Людмилы подлила масло в огонь. А они ведь просто общались. Разругались мы. Я вспылил ужасно. Вечером на дискотеку пошёл с той самой одноклассницей, решил уколоть побольнее. А мать твоя меня своими глазищами едва дотла не сожгла. Подруга солгала ей, что у нас с ней всё было в интимном плане. Люда виду не подала тогда, что обижена. Молча ушла. Сцепились мы тогда с Евсеем, думал дело в нём, а оказалось, что одноклассница больно завистливая попалась. Да и не поговорили, каждый в себе всё держал. На пьяную голову решил прощение идти вымаливать у твоей матери. Не добудился. Зато отец её, твой дед, вылетел с ружьём наперевес. Рассказал всё, как твоя мать там слезами горькими заливается, — вздохнул. — Это с годами я научился контролировать свои эмоции. Но это трудно было, до последнего дня жизни твоей матери. Она была той ещё красавицей. Как на неё заглядывались. Да что там, в открытую засыпали комплиментами, а она верна мне была. До сих пор её люблю. Это чувство унесу с собой в могилу. Я к чему это…то, что вчера…
— Пап, давай не будем. Мы сами разберёмся. Мне стыдно перед тобой за случившееся.
— Как скажешь, дочь. Извиняться тебе не за что.
— Мне очень не хватает мамы, — остановились около реки. — Знаешь, а она мне снилась. Всё такая же, как и раньше, молодая, красивая, в белом хлопковом платье. Я так рада была нашей встрече. Ощущала тепло её объятий, а потом она так резко отстранилась, сказав, что не время ещё, что я нужна тебе…
Отец смотрел вдаль. Скулы на лице подёргивались, губы сжаты в тонкую полоску, побелевшие костяшки на кулаках.
— Мне тоже её очень не хватает. Тая, девочка моя, ты самое ценное, что осталось у меня в этой жизни. Дочь, не совершай опрометчивых поступков, о которых будешь жалеть потом. Я приму любой твой выбор. Я люблю тебя, милая, — крепко обнял.
— Пап, откуда ты знаешь Романа?
— Мир тесен, дочь. Это сын моего давнего приятеля. Я не успел вас вчера толком представить друг другу. Но вижу, что вы неплохо ладите.
— Да.
