Почти все, что было у меня раньше, перестало приносить удовольствие и вызывать интерес. Несколько месяцев назад звонил Саныч, звал вернуться в команду. Они теперь играют за город. Я послал его. Всех послал.
Решение переехать казалось мне самым логичным – мать часто плакала, когда я возвращался домой весь побитый, ну а я больше не мог каждый раз проходить домой мимо квартиры соседей. После выпуска родители собрали последние деньги, папа взял отпуск, и мы втроем полетели в Грецию. Возможно, так они надеялись немного меня взбодрить. Но мне все так же было невыносимо плохо. Навязчивое чувство, что я сам во всем виноват, не покидало меня ни на минуту.
В итоге перебрался из поселка в город, купив маленькую студию на все заработанные в боях деньги, надеясь, что хотя бы в новом месте мне станет легче. Спойлер – не стало. Поступил в какой-то дерьмовый местный вуз на очно-заочную форму обучения и появлялся там раз в месяц, только чтобы военкомат не докапывался.
Ян Громов, гордость школы… ага, как же. Единственным, кого послать не получалось даже при большом желании, был Вадим. Эта заноза в заднице засела в моей жизни основательно, периодически наведываясь и вытаскивая меня из запоев.
Вот и сейчас телефон сообщает о входящем звонке от друга.
– Да? – отвечаю на звонок.
Ясно, Вадим снова зовет на турбазу.
– Иди ты со своей турбазой.
– А че, занят сильно? Опять по клубам шарахаться будешь?
– А хоть бы и так.
– Кончай давай фигней страдать. Тут все наши, хотя бы с адекватными людьми пообщаешься.
– Это вы-то адекватные?
– Поадекватнее некоторых.
– Я подумаю.
В прошлом году после выпускного они, кажется, собирались там же. На выпускной, несмотря на уговоры друга, не приехал, зато наглотался таблеток, которые мне выписал психотерапевт. Да, я снова начал ходить на приемы. Правда, хватило меня всего на месяц.
В квартире еще хуже. То ли из-за закрытого окна, то ли из-за тотального чувства одиночества. Давно подумываю над тем, чтобы завести хотя бы кота. Всегда хотел себе бобтейла. Кидаю вещи в быструю стирку, достаю из холодильника банку «Бёрна» и ложусь на диван.
Может, и правда сгонять? Если не понравится, свалю. Так хотя бы увижусь с парнями. Все же именно они долгое время были для меня семьей. Достаю телефон и, пока не передумал, набираю друга:
– Алле, еще в силе?
– О, неужели, он все же решился! – кричит в трубку Вадим. – Да, в силе, только тут это…
– Че там?
– Да не, ниче, приезжай.
Что-то он явно недоговаривает. Но надеюсь, ему хватит ума, чтобы понять, что я не в духе для очередных глупостей. Что ж, кидаю в рюкзак несколько запасных футболок, шорты и плавки и выхожу из дома. Без остановок до адреса, который скинул Вадим, доезжаю меньше чем за два часа. Оставляю байк на парковке.
Принято. Прохожу через всю территорию и по указателям оказываюсь на побережье. А вот и все, сидят возле большого костра. Мое появление не остается незамеченным. Особенно рады парни из команды. Я отвык от общественного внимания. Да и в целом от общества.
– Рад, что ты выбрался. – Друг хлопает меня по плечу.
– Спорим, вам просто нужен был еще человек, чтобы меньше скидываться за дом.
– Придурок, – смеется Вадим, – ты в палатке ночуешь.
– У меня нет палатки.
– Зато у меня есть.
– Так и знал, что ты просто хотел со мной переспать.
– Пошел ты.
Хорошо, что приехал. Хоть что-то яркое в череде однообразных дней. Смеемся, не виделись больше месяца. Да и месяц назад встреча была так себе. Я нажрался, позвонил Вадиму, и тот приехал, чтобы меня забрать. Наверное, я не заслуживал такого друга.
– Ян, – неожиданно серьезно обращается ко мне Вадим, – она здесь.
Мне не нужно переспрашивать, чтобы понять, о ком он. Резко поворачиваюсь и встречаюсь с ней взглядом. Эля. Сидит напротив. Точно она? Это же не глюк?
Я сбился со счета, сколько раз я представлял себе нашу встречу. Сначала казалось, что ее отъезд – к лучшему, но уже спустя всего несколько месяцев я понял, что начинаю медленно сходить с ума. Все эти годы я хотел от нее избавиться, но, когда она исчезла сама, все вокруг в буквальном смысле лишилось красок. Жизнь стала просто никакой. А сам я – никем. В школе только и подпитывался ею. Знал, что она рядом, что сейчас промелькнет ее маленькая фигурка в школьном коридоре, она посмотрит на меня растерянным взглядом – и все, можно жить дальше. А без нее не получалось.
Вокруг меня много ребят, с кем-то я не виделся с выпуска, с кем-то лишь мельком пересекался у Бешеного, но все мое внимание приковано только к одному человеку. Она встает. Иду за ней. И нахожу у воды, красивую, нежную и босоногую. Я не знаю, что сказать. Столько раз представлял этот разговор, а сейчас все кажется пустым.
– Привет, – хрипло вырывается из горла.
Эля оборачивается. Сейчас, во тьме, она еще больше похожа на призрака.
– Привет, Ян.
«Ян»… скажи это еще раз.
– Тебя долго не было.
Долго не было? Кретин! Это все, что ты можешь сказать?
