От его откровенных поглаживаний колени подгибаются. Каждый раз, Крейг гладит меня по спине слегка нажимая, заставляя прижиматься еще сильнее.
В этот момент я вижу Марка, направляющегося к нам со стороны дома. Его недовольное напряженное лицо не сулит ничего хорошего и я пытаюсь мягко деликатно отстраниться от Крейга, но он не пускает меня.
— Нет, не уходи, постой, пожалуйста. — шепчет, гладя меня по волосам.
Еще раз кидаю взгляд за спину Крейга, на Марка, он сложил руки на груди и пока ждет. Но его напряженная поза тигра, готовящегося к прыжку не предвещает легкой развязки ситуации.
Я уже упираюсь руками Крейгу в грудь. И только сейчас он замечает мои красноречивые взгляды ему за спину. Лицо его расслаблено, глаза светятся счастьем, немного растерянно он отстраняется, кажется понял наконец, что нужно обернуться.
Крейг оборачивается, протягивает руку брату для приветствия. Тот молча окидывает меня взглядом, потом Крейга, и мы так же молча идем домой. Все это время Дима невольно наблюдает за нами.
Я не мог не приехать. Как только услышал Димкин отчет о том, что моя сестра познакомилась с каким-то парнем, в глазах потемнело от боли и ярости. Я должен успеть. Никто не может обнимать мою Дженни! Даже за руку ее держать никому не позволю! Она только моя! Весь перелет сходил с ума. Все спят, а я сижу вытаращив глаза в темноту. Страх потерять ее сковывал меня изнутри.
В Москве даже удостоился доп контроля — каждый встречный полицейский посчитал своим долгом проверить гражданина с “перекошенным лицом маньяка”. Пришлось врать, что не выспался в самолете.
Решил не портить себе настроение и не стал заходить домой, чтобы не столкнуться с Марком. Чемодан оставил в машине и пошел через парк навстречу Джейн. Она шла по парку в сторону дома, легкое летнее платье чуть выше колен красиво струилось по ногам, чуть разлеталось от летнего игривого ветерка. Золотистые волосы, собраны в высокий хвост. Я подошел к ней близко, порывисто обнял, и гладил по спине, пока она не начала отстраняться от меня. Оказалось, у меня за спиной стоял Марк, кажется мне не избежать неприятного разговора с ним.
Дома Джейн даже не смотрела в мою сторону, лишь сменила туфли на домашние тапочки и ушла к себе в комнату. Брат не стал с порога меня мучать нравоучениями, дал отдохнуть и прийти в себя. А утром началось: “зачем ты приехал?”, “как мог оставить филиал без присмотра?”, “ты что совсем ничего не соображаешь?”, и все в таком же духе.
Сестра намеренно игнорировала меня, смотрела куда угодно, только не мне в глаза, отвечала на мои вопросы односложно и нехотя, старалась не находиться со мной в одном помещении. В общем, избегала меня по полной программе, не говоря уже о том, что наедине мы за эту неделю не оставались ни разу. Я все понимаю, впереди экзамены, но как же больно видеть, что Дженни каждый раз отворачивается от меня, даже несколько раз презрительным взглядом одарила. Нет, не презрительным, пренебрежительно безразличным..
Я собиралась выйти из кухни, как вдруг, брат, который секунду назад стоял ко мне спиной, преградил мне путь. Я отошла подальше, выжидательно сложив руки на груди.
— Поговорить не хочешь? — спросил Крейг, все еще стоя в проеме двери.
— Есть о чем? — постаралась произнести это с легким безразличием в голосе.
— Есть. Ты уже неделю от меня бегаешь. В чем дело, Дженни?
Усмехнувшись поднимаю глаза к потолку.
— Крейг, тебя не было восемь месяцев. Ты не звонил, не писал, не отвечал на звонки. Ты даже не попрощался! А теперь ты приехал и думаешь, что все будет по прежнему? Ты серьезно?
— Я думал… мне казалось, так будет лучше… — его болезненный взгляд пытался найти в моих глазах поддержку.
Я злилась на него, все больше разжигая в себе гнев, пытаясь убить боль.
— Так лучше. — сказала немного громче, чем хотела, слова так и повисли в воздухе почти осязаемым сырым и жестким туманом.
Вышла из кухни и закрылась у себя в комнате. Чтобы не биться в истерике, заставила себя еще раз готовиться к экзаменам.
Чертова боль. Почему так плохо? Я же сам виноват. Как ей теперь все объяснить?!
Я сидел у себя в кабинете и машинально ломал карандаши пальцами.
— Не трогай ее. — не заметил, когда зашел брат. — Дай ей хотя бы экзамены сдать. Тоже мне, нашел время отношения выяснять.
— Поздравить то хоть можно? — усмехаюсь, глядя на то, как Марк сжимает кулаки.
— Можно. Но думаю она не будет рада. Ты в курсе, что у нее день рождения в марте был?
— Знаю. Но я думаю, ты уже сказал, что седьмого..
— Ладно, я думаю, ты меня понял.
Марк вышел, а я еще долго сидел за столом и не мог заставить себя подняться.
Нежный цветочный аромат разбудил меня утром. Открыв глаза увидела на прикроватном столике букет неизвестных мне цветов, нежные бело-розовые лепестки, словно воздушное облако… Я привстала на кровати, дотянулась до цветов и вдохнула этот восхитительный аромат. На столике рядом с цветами лежала маленькая темно-синяя коробочка. Моей первой мыслью было «какие красивые!», только потом пришло осознание, такие подарки не дарят сестрам.
