Крейг посмотрел на меня снизу вверх, соображая о чем это я. Он помотал головой, и дальше пришлось досматривать фильм в том же положении. Интерес к фильму пропал, зато жажда прильнуть к Крейгу усиливалась с каждой минутой. Он сидел у моих ног, как раб около своей госпожи, и этот его взгляд снизу вверх, на меня, с маленькой искоркой обожания… это заводило еще больше. Черт! Я что, извращенка?! Какого хрена я вообще о нем думаю?! Под конец у меня уже голова кружилась от переполнявших меня чувств и мозг отказывался работать, совершенно не поняла, чем фильм закончился. Закрыла глаза и мысленно просила его «пожалуйста, уйди», повторяла и повторяла. Поэтому когда брат обратился ко мне, я вздрогнула.
— Ты так расстроилась из-за фильма?
— Нет, с чего ты взял? — сердце бешено колотилось о грудную клетку, будто он мог услышать мои мысли.
— У тебя такое мученическое выражение лица… наверное лучше комедии смотреть а не драмы, если так переживаешь.
Я рассмеялась, думая «знал бы ты, что меня так мучает!».
— Что? Я что-то смешное сказал?
— Нет. — не стала ничего выдумывать, просто выключила телевизор и ушла к себе.
С этого дня Крейг стал сводить меня с ума своими выходками. Его любимое место отныне было рядом со мной. Я на диван, и он рядом, на полу, я в кресло, и он тут как тут. И даже за обеденным столом рядом садится, а не во главе, как обычно. В машине, если вместе едем, то опять со мной, на заднее сиденье. Когда киношку смотрим, я ухожу с кресла на диван, подальше от него, он снова за мной.
— Это что? — не выдержала я, — такая форма издевательства?
— Ты о чем?
— Хватит ходить за мной! Зачем ты это делаешь? — я чувствую, что на грани истерики, а по сути, из-за ерунды какой-то.
Говорят, что женщины более эмоциональны, чем мужчины, может поэтому я так остро все это воспринимаю… А может потому, что он мне с Максом запретил встречаться и с Егором тоже… Вообще не понятно, и с тем и с другим у меня кроме дружбы ничего нет, да и охрана все время рядом, чего беспокоиться то.
Крейг смотрит на меня снизу вверх, на секунду в глазах его промелькнула грусть, он опустил глаза, вздохнул и ушел.
На следующий день, за завтраком, брат опять сел рядом. Меня начало беспокоить, что обо всем этом подумает Марк, вон, уже косится на братца.
Днем решила прогуляться, не сидеть же дома круглые сутки. Света улетела с родителями в Турцию, а с ребятами Крейг не пускает.
Уже надевая балетки, заметила шевеление в коридоре.
— Ты куда?
— Какая разница, охрана же со мной? — недовольно бурчу.
— Значит есть разница. Куда собралась? — прозвучало грубовато и мне стало неприятно.
— Тебя не касается. — злюсь на него, даже просто погулять не могу без его ведома. Пытаюсь пройти, но он преграждает мне путь.
— Слушай, я тебе не игрушка! И не тебе решать, куда мне идти и с кем встречаться! Все равно, когда в институт пойду, там ты меня контролировать не сможешь!
— Ошибаешься!
— Буду встречаться с кем захочу. И что ты сделаешь? Запрешь меня дома?
Ой зря я это сказала… Глаза его почернели, дыхание стало тяжелым, я попыталась прорваться к двери, но Крейг схватил меня поперек талии и прижал к себе. Я на секунду опешила и стала вырываться. Только что сделаешь против стальной хватки… Крейг развернул меня и припечатал своим телом к двери, глядя мне в глаза, завел мои руки над головой, одной рукой держал руки, другой за талию. Притиснув меня к себе еще сильнее, отчего мой мозг окончательно расплавился, тихим угрожающим голосом, на грани шепота, проговорил мне прямо в губы:
— Ошибаешься, Дженни. С кем ты будешь общаться, а с кем нет, решать буду я. Потому, что ты моя! И я никому не позволю к тебе прикоснуться!
Он медленно отпустил мои руки, я борясь с собой уперлась руками ему в грудь, глядя на него ошарашенным взглядом. Видя мое замешательство, Крейг воспользовался моментом и поцеловал меня, прижимая к себе все сильней. Он будто нападал на меня, как зверь на жертву, раз, второй, третий, я застонала ему в губы, звук собственного голоса отрезвил мутное сознание, я оттолкнула парня и влепила звонкую пощечину. В шоке глядя друг на друга, мы постепенно приходили в себя. Крейг держась за щеку отстранился и пропустил меня. На ватных ногах я дошла до своей комнаты, скинула балетки и упала на кровать.
Зазвонил мобильный.
— Джейн, ну ты куда пропала, я уже к двери поднялся, а тебя нет? — совсем забыла про Диму, телохранитель волновался.
А вдруг, он давно у двери и все слышал, хотя нет, никто не орал, и об дверь меня достаточно мягко шмякнули.
— Я не пойду никуда, извини, Дим, передумала. — сама удивляюсь, откуда такой хриплый голос у меня.
— У тебя все в порядке?
— Да, Дим, просто голова разболелась внезапно.
— Дженни, если что-то не так, дай знать, цифру назови, — это Димка наш уговор вспомнил, если по телефону сказать не можешь и рядом кто-то есть: четная цифра — нужна помощь, нечетная — все в порядке. — ты меня знаешь, если что, группа будет через десять минут.
— Девять, Дим. Просто поругались.
— Ладно. Я попозже позвоню еще, проверю, ты только трубку бери.
— Ок.
