Когда я вошёл в здание, охрана едва заметно кивнула, отходя в сторону. Здесь всё было, как я привык: тёплый полумрак, бархатные диваны, мягкий свет, запах дорогих духов и алкоголя. Я знал каждую деталь этого места, оно было моим. Но сегодня я чувствовал себя здесь чужим.
Лариса встретила меня с понимающей ухмылкой. Она всегда чувствовала, когда я в плохом настроении.
— Как прошла игра? — спросила она, скрестив руки на груди.
— Замечательно, — процедил я, заходя в кабинет и захлопывая дверь. — Я только что сам себя загнал в ловушку.
Она приподняла бровь, но ничего не сказала. Я налил себе виски, но даже крепкий алкоголь не помог. Я проиграл. И теперь мне предстояло разгрести последствия собственной же глупости.
Я сделал глоток, ощущая, как тёплая жидкость разливается по горлу, а затем взглянул на Ларису.
— Что у нас с девочками? Есть новенькие? — спросил я, ставя бокал на стол.
Она чуть прищурилась, словно размышляя, зачем мне это знать. Затем медленно кивнула.
— Есть. Пару дней назад привезли троих. Одна из них… — Лариса сделала паузу, будто смакуя момент. — Девственница.
Я поднял на неё взгляд. Глухая раздражённость внутри сменилась странным, цепким интересом.
— Ты уверена? — спросил я, постукивая пальцами по стеклянной поверхности стола.
Лариса усмехнулась.
— Я всегда уверена, Тимур. Ты же знаешь, я проверяю каждую из них. И эта — чистая, не тронутая. Если хочешь, можешь посмотреть на неё лично.
Я помолчал, затем кивнул.
— Хорошо. Покажи её.
Я проснулась от громкого стука в дверь. Сон, в котором я гуляла по летнему парку с Артёмом, испарился в одно мгновение, оставив после себя глухую пустоту. Сердце сразу забилось быстрее, а внутри зародился липкий страх. Я не знала, который сейчас час, но в темноте за окном угадывалась ночь. Дверь распахнулась, и в проёме возник охранник. Крупный, с грубыми чертами, он выглядел так, будто ему безразлично, куда и зачем меня ведут.
— Вставай, — коротко бросил он.
Я не двигалась, пока он не сделал шаг в мою сторону. Тогда я поспешно села, натягивая на себя тонкое одеяло, словно оно могло меня защитить.
— Куда? — голос предательски дрожал.
— Вопросы тут задают другие, — он скривил губы в усмешке. — Вставай и не задерживайся.
Я сглотнула и спустила ноги на холодный пол. Обувь стояла у кровати, и я натянула её, не позволяя себе задерживаться. Ноги подкашивались, но я заставила себя двигаться. Охранник кивнул, давая понять, что мне следует идти впереди.
Мы вышли в коридор. Здесь было темно, лишь редкие лампы отбрасывали тусклые жёлтые блики на стены. Стены казались слишком узкими, воздух — затхлым и тяжёлым. Каждый шаг гулко отдавался в тишине, будто мы шли не по коридору, а по длинному тоннелю, ведущему в бездну.
— Куда вы меня ведёте? — я осмелилась спросить.
— Скоро узнаешь, — последовал равнодушный ответ.
Мы свернули за угол, затем ещё один. Чувство тревоги нарастало с каждым шагом. Я больше не ориентировалась в этом лабиринте. Казалось, что мы идём по кругу, но это было невозможно. За очередной дверью скрывалась неизвестность, и я не знала, что меня ждёт.
Когда мы остановились перед массивной дверью, сердце подступило к горлу. Охранник распахнул её передо мной, и я шагнула внутрь.
Запах дорогого алкоголя и сигар мгновенно ударил в нос. Комната была просторной, но пропитанной ощущением власти и чего-то опасного. В центре стоял массивный стол, а напротив — широкий кожаный диван.
На нём сидел мужчина.
Я сразу поняла, что он главный. Не потому, что он что-то сказал или сделал, а потому, как он сидел — уверенно, неторопливо, вальяжно, будто всё здесь принадлежало ему. Впрочем, так оно, наверное, и было. Его тёмный костюм был идеально сшит, подчёркивая широкие плечи и крепкую фигуру.
Но больше всего меня поразили его глаза.
Холодные, тяжёлые, полные ледяного спокойствия. Они скользнули по мне безразличным, почти ленивым взглядом, но от этого мне стало только страшнее. В этих глазах не было ни сочувствия, ни теплоты — только абсолютный контроль, немая угроза, уверенность в своей власти.
Я застыла, не в силах отвести взгляд, и в этот момент он заговорил.
— Значит, это она? — его голос был низким, ровным, наполненным опасной ленивой насмешкой.
Охранник за моей спиной кивнул.
— Да. Девственница.
Губы мужчины дрогнули в усмешке. Он откинулся назад, скрестив ноги, и сделал медленный глоток виски, словно наслаждаясь ситуацией.
— Интересно, — протянул он. — Очень интересно.
Я не дышала. В груди сжимался холодный комок ужаса. В этот момент я поняла, что больше не принадлежу себе.
Меня увезли сразу после встречи в кабинете. Я не знала, что будет дальше, но не решалась задать вопросов. Охранник повёл меня обратно через лабиринт коридоров, а затем вывел на улицу. Ночная прохлада обдала кожу, и я на мгновение зажмурилась, словно от свежего воздуха у меня закружилась голова.
