— Мунми, а ты все еще девственница? — вдруг спросила Митали.
«Что, теперь они и об этом поговорят? Собрались раскрыть все секреты своей жизни сегодня? Без ограничений. У них вовсе стыда нет», — думала я.
Я впервые слышала о таких неприличных вещах.
— Конечно, я девственница, — ответила Мунми. — А ты?
— Да, и я.
— Почему ты заговорила об этом?
— Я думала, у тебя уже были серьезные отношения.
— Что за ерунда!
— Прости, прости, Мунми.
Они снова на время замолчали.
— Эй, — произнесла Митали. — Мы забыли расспросить Суман. Она очень молчалива.
— Суман уже спит, — сказала Мунми.
— Суман, Суман… Суман… — старалась разбудить меня Митали.
Я зажмурилась.
«Боже, только бы не догадались. О,богиня! Спаси меня от этих сумасшедших», — мысленно молилась я.
— Эй, эй, Митали, она спит. Не буди ее. Не тревожь. Пусть спит, — остановила подругу Мунми.
«О, слава богу!» — я с облегчением вздохнула.
Слава богу, что свет был погашен. Я постаралась уснуть.
Однако, моей самой большой проблемой было то, что я не могла уснуть там, где разговаривали или шептались, или были еще какие-то посторонние звуки.
Мне нужна полная тишина.
Спать в шуме я не могла.
«Нужно привыкнуть засыпать в многолюдных местах», — размышляла я.
Я все же постаралась заснуть, не обращая внимания на их разговоры.
Но сквозь густые волосы, прикрывающие мои уши, я все равно слышала все, о чем говорили девочки.
— Ладно. Мунми, а ты фантазируешь? — спросила Митали.
— О чем? — вопросом на вопрос ответила Мунми.
— Ты не понимаешь о чем я?
— Ах, это было один раз, когда я влюбилась в Афзала.
— О, понятно. В столь нежном возрасте? Это была сексуальная фантазия?
— Ты слишком любопытна!
Они устроили бои подушками.
— Хватит, хватит, — сдалась Митали.
— Нет, ничего такого, о чем ты говорила, — сказала Мунми. — А ты?
— Несколько раз фантазировала.
«Что за бесстыдницы!» — мысленно говорила я.
— И кто был тем мужчиной, о котором ты фантазировала? — спросила Мунми.
— Все звезды Болливуда, — сказала Митали.
— Ты — сексуальная маньячка, — воскликнула Мунми.
Они громко рассмеялись.
— И знаешь что? В моих фантазиях всегда было двое мужчин.
— Что? Да ты просто шлюха, Митали. Невероятно.
— Эй, Мунми, а ты мастурбировала?
Очередное вульгарное слово долетело до моего уха.
— Митали, прошу! Теперь заткнись.
— Ну пожалуйста, прошу, расскажи, а? Нас же никто не слышит.
— Нет, я ничего не скажу.
— Тебе стыдно, да? — спросила Митали. — Значит, мастурбируешь?
Она снова давила на подругу.
— Да! Теперь счастлива? — сказала Мунми.
— И сколько раз ты этим занималась?
— Только один, — пристыженно сказала Мунми. — А ты?
— Раз в неделю.
— Вот сучка! Ты — бессовестное создание.
Они стали бросать в темноте друг в друга подушки.
Пока я слушала их непристойные разговоры, мне было неприятно. Словно я делала что-то ужасное. Все то, о чем я в жизни не слыхала, мне удалось узнать в первую же ночь в комнате общежития. Я совершила огромную ошибку, поселившись здесь. Мне нужно поскорее убираться отсюда. Но что я скажу родителям, сестренке Джиоти и Джиджу? Я уже оплатила проживание на год вперед. Тем более, остаться в общежитии было моим собственным решением.
Боже, что мне теперь делать? Если я задержусь здесь еще хотя бы на пару дней с этими бессовестными девушками, я стану такой же, как они. Мне страшно.
Я уже жалела о своем решении.
У нас лучше. Там нет таких девочек. Мне не подходит общежитие. Такая жизнь не для меня. Сами девочки хорошие, но в своих разговорах о парнях они слишком далеко зашли. Завтра утром я поговорю с Джиоти и Джиджу и скажу, что не хочу здесь больше жить. Я останусь в их доме. Прозвучал ночной гонг.
«О боже, два часа, а их разговор все не заканчивается», — мысленно говорила я.
Митали и Мунми были поглощены разговором. Они болтали не умолкая. Я постаралась уснуть, прикрыв уши руками. Как долго еще девочки беседовали, я уже не слышала.
— О, мой бог, я же опаздываю, — в ужасе воскликнула я. — Занятия начнутся в девять.
Я поспешно встала. У меня болела голова от того, что я поздно легла. Я посмотрела на часы, лежавшие на столе.
«Ох, всего семь», — вздохнула я и направилась в ванну. Митали и Мунми все еще спали.
Их неприличные разговоры по-прежнему отдавались в моей голове. Я чувствовала себя грязной. Уже через полчаса я была готова и направилась в столовую завтракать.
Митали и Мунми обе проснулись, когда их телефоны зазвонили в очередной раз. Звук был звенящим и раздражающим.
— Да, мама, — сонным голомом произнесла Мунми. — Я уже встала, мам.
— Да, эм, аа… — мямлила в трубку Митали, разговаривая с парнем. — Я проснулась, дорогой. Хорошо, удачи.
— Суман, — сказала Мунми, потягиваясь и зевая. — Вау! Ты уже приготовилась идти на занятия?
— Да, — ответила я.
— Хорошо. Подожди меня, — сказала Мунми и направилась в ванную.
— О БОЖЕ, — закричала Митали, глядя на телефон. — Восемь часов. Мунми, скорее, скорей, я опаздываю, — кричала она, стуча в дверь ванной.
— Ммм… Эй… Подожди, подожди, — отвечала Мунми.
— Ты слишком долго. Чем ты там занята? — говорила Митали, держась за живот.
Через некоторое время вышла Мунми.