И я лежу, как гребаный дракон, охраняющий свое сокровище. И жду, пока ты уснешь, чтобы метнуться в душ и спустить, снять напряжение, от которого уже потряхивает.
А ты натягиваешь на меня одеяло, решив, что я замерз.
И я внезапно понимаю, что это одно их тех мгновений, которые хочется запомнить. И подольше не отпускать.
Мгновение, когда кажется, что вся эта гребанная жизнь все-таки имеет смысл.
Разрушать такое телефонным звонком – самая паршивая идея. Особенно, если оказывается, что тебе нужно, мать твою, срываться и ехать. Потому что все очень серьезно.
Я мчался по ночному городу и прокручивал в голове разговор с детективом. Мы сегодня встретились с ним опять в заведении Мими, в комнате, соседней с той, в которой я оставил малышку Линду.
– Что с мастером? – спросил я коротко.
Мне хотелось быстрее закончить этот разговор и вернуться к Линде. Взгляд, которым она меня одарила при расставании, не обещал ничего хорошего. Она явно прикидывала, куда меня понесло в борделе.
– Ничего неожиданного, – так же коротко ответил он. – Мастер не подставной, самый настоящий. Но сегодня он домой не вернулся. Пропал.
Я кивнул. Действительно, никаких неожиданностей. Осталось дождаться сообщения, что нашли его тело.
– Еще какие-то новости?
– Да, мне удалось пробить оружие из той партии. До этого оно всплывало дважды. Оба раза в темах, связанных с Филиппом Смитом, более известным как Боксер.
– Ясно.
Кто такой Боксер, я отлично знал. Когда-то, в годы моей незаконопослушной молодости, мы сталкивались. Какое-то время я даже считал его врагом номер один. Но потом все подросли, я ушел в чистый бизнес (хотя тут еще большой вопрос: насколько бизнес может быть чистым), а Боксер продолжил бандитскую карьеру.
Ну и для чего ему убивать моих охранников?
Впрочем, и тут сложить два плюс два было несложно. Крис хотел мне что-то рассказать. Например, что начальник моей охраны якшается с моим давним врагом. Как узнал? Мог случайно подслушать разговор или просто увидеть что-то лишнее. И его убрали.
Все складывалось во вполне логичную картину.
Все, кроме одного.
Я мог злиться на Сэма, быть им недовольным, но Сэм, продавшийся бандиту, – это то, что не укладывалось в голове. Он старый вояка. Для таких честь, совесть, верность данному слову – не пустой звук.
Что же случилось, Сэм? Как ты мог, черт возьми?
Впрочем, стоит ли удивляться: люди меняются, и редко к лучшему.
– Еще что-нибудь накопаешь, дай знать, – сказал я, поднимаясь.
И вышел за дверь. Я торопился туда, где сидела моя девочка. Хрен знает, что она успела вбить себе в упрямую голову, пока меня не было.
О Сэме можно подумать и позже. Тогда хотелось быть с ней…
Сейчас хотелось того же.
Но вместо этого я ехал к Каролине.
Я припарковал машину у её дома и бегом взлетел по лестнице. Звонок в дверь, еще один. Ни ответа, ни шагов за дверью.
Твою ж мать! Опоздал?!
Я толкнул дверь, и она поддалась. Ну что ж, Каролине, по крайней мере, хватило ума не запираться.
Она лежала прямо на полу в прихожей. Похоже, дальше уйти не смогла. Бледное лицо, посиневшие губы и никаких признаков жизни. Я прижал пальцы к сонной артерии. Так, пульс есть. Пара легких пощечин – и Каролина приоткрыла мутные глаза.
– Чем ты ширялась?
– Кокаин, – с трудом разлепив губы, прошептала она.
– Я вызываю скорую!
– Нет! – она явно хотела крикнуть, а получился еле слышный сип. – Нельзя… Попадет в газеты… А у меня тур… скоро… Нельзя…
Идиотка! Готова сдохнуть, лишь бы ее звездной карьере ничего не угрожало!
Я выхватил телефон, отыскал номер доктора, который за хорошие деньги решал щепетильные вопросы, вроде шальной пули в плече у кого-нибудь из бойцов, торопливо набрал.
– Приеду через час, раньше не смогу. Я далеко, – ответил док.
– Эй, док, а мне что делать? Она же загнется через час!
Он дал инструкции и отключился.
Битый час я возился с полуживым телом Каролины, стараясь не дать ей сдохнуть. Потом явился доктор и начал приводить ее в чувство.
Только под утро стало ясно, что все в порядке.
– Несколько паршивых дней ей обеспечено, но жить будет, – устало сказал док, собирая всю свою врачебную хрень в чемоданчик. – Одну ее оставлять нельзя. У вас есть на примете сиделка?
Откуда? У меня и его-то телефон сохранился по чистой случайности. Обычно подобными вопросами занимался Сэм.
– Нет.
– Пришлю свою.
Он быстро переговорил по телефону и кивнул:
– Приедет в течение двух часов.
– Спасибо, док.
Я похлопал по карману и обнаружил, что забыл бумажник. Где, черт возьми? Ну да, в номере у Мими.
– Нет с собой налички, но я…
– Брось, – остановил меня доктор, – я знаю, что ты рассчитаешься.
– Спасибо!
– Я зайду к ней завтра, посмотрю, что и как. А ты пока обыщи квартиру и выбрось всю наркоту, чтобы она не надумала принять еще.
Наркоту? Никогда не связывался с этой дрянью, и лишь приблизительно, на обывательском уровне, представлял, как она выглядит. Нашел пару заначек в спальне, в ящике комода среди кружевного белья, и начал досконально перетряхивать гнездышко Каролины.