— Мама тебя убьет, — ужаснулась сестра, но при этом на ее губах расцвела довольная улыбка. — Однако такие перемены мне однозначно нравятся!
Жаль, радости сестры я разделить не мог. С матерью у нас однозначно предстоит непростой разговор, а учитывая, что отец сейчас рядом с ней, то и он наверняка в курсе скандала.
— Наверное, мне лучше уехать, — подал голос Миша, обращаясь к моей сестре. В его взгляде читалась особая нежность, я впервые видел друга таким.
— Да, — Маша неловко опустила глаза. — Спасибо, что довез.
Она выдавила вежливую улыбку и так и стояла столбом до тех пор, пока Миша не вышел за дверь.
— Что-то ты не похожа на счастливую невесту, — осторожно заметил я. — Даже издалека.
Маша заметно смутилась и, проигнорировав мои слова, попыталась сбежать в свою комнату:
— Я тоже пойду, пожалуй. Не хочу стать свидетельницей скандала.
— Маш, подожди, — я взял ее за руку. — Давай поговорим. Зачем ты согласилась на брак с Михаилом? Он ведь тебе не нравится.
Сестра вспыхнула.
— Как он мне может нравиться? — фыркнула она возмущенно. — Я ведь его не знаю! Совсем! В еще он старый!
— Неужели? — Я вскинул брови.
— Конечно! Он старше меня на десять лет!
— Тогда зачем согласилась на свадьбу? — повторил вопрос.
Мария нервно закусила губу и закачала головой:
— Потому что это все временно.
Уточнить, что она имела в виду я не успел. С улицы послышались возмущенные вопли:
— Это что, мои вещи?! Почему они в мешках?! Куда вы их несете?! Что происходит?!
Вот и явилась та, кого я хотел разорвать на куски и выбросить на помойку вместе с остальным барахлом. Спрятав сжатые кулаки в карманы брюк, я вышел на крыльцо.
— Божечки! — пискнула Маша за моей спиной, когда мы увидели во дворе дома вполне ожидаемую картину.
Камилла вцепилась в один из пакетов, пытаясь его отвоевать, и возмущенно ругалась:
— Немедленно отпусти, идиот! Кто вам дал право трогать мои вещи?!
Я шагнул на выложенную камнем дорожку и громко сказал:
— Я.
Невестка замерла, обернувшись. Недоуменно захлопала глазами и медленно выпрямилась. Все свободное время я старался проводить с детьми, поэтому Камиллу не видел довольно давно. За это время у нее уже появился живот, который она не пыталась скрыть за свободным кроем одежды. Напротив, она демонстративно выпятила его вперед, укладывая ладони на пояснице, будто уже была на девятом месяце и едва справлялась с тяжелой ношей.
— Руслан? — неуверенно заговорила Камилла, пока ее лицо медленно вытягивалось. — Что ты тут делаешь?
— Избавляюсь от лишнего мусора, — ответил холодно и кивнул мужчинам, чтобы делали свое дело.
— Мусора?! — она задохнулась от возмущения, пытаясь преградить им дорогу. — Это моя одежда! Новая коллекция! Ты что себе позволяешь?! Я все расскажу маме!
— О да, — недобро ухмыльнулся, хватая ее за локоть и утягивая с дороги. — Все расскажешь, не сомневайся!
Камилла споткнулась, но упасть я ей не дал. Подтянул наверх и с укором посмотрел на туфли с высоким каблуком, в которых щеголяла беременная.
— Не пора ли тебе переходить на более удобную обувь? Или врач не рассказывал, что в твоем положении вреден каблук?
— Руслан ты с ума сошел?! Ты мне так руку сломаешь. Что ты себе позволяешь?! — возмущалась она, пока я тащил ее к беседке.
— То же, что позволила себе ты несколько месяцев назад, — процедил сквозь зубы.
Камилла еще больше округлила глаза, в них мелькнул страх. Она догадалась, что я говорил о вещах моей жены, которые она посмела выбросить. В то время как я наивно полагал, что Арина просто собрала свою одежду и съехала.
— Не понимаю, о чем ты! — Камилла плюхнулась на скамейку, запрокидывая голову и хватаясь за лоб. — Ох, кажется мне плохо! Голова закружилась!
Я стиснул зубы и отошел от этой дешевой актрисульки. Как бы мне не хотелось свернуть ей шею, гадюка все-таки была в положении. Но это не означает, что я поведусь на ее представление.
— Не устраивай цирк, — произнес холодно. — Последнее, что меня интересует, это твое самочувствие.
— Мне нужно воды! — продолжала жалобно стонать она.
Нет, я все-таки ее убью!
— Я сказал — закончила цирк!
Камилла вздрогнула, бросив на меня перепуганный взгляд, но все же убрала руку со лба и выпрямилась, не забыв при этом несколько раз охнуть.
— Руслан, я не знаю, что тебе наговорила твоя чокнутая женушка, но я ничего не делала!
— Заткнись и слушай, — я в один шаг навис над ней, упирая руку в спинку скамейки в опасной близости от шеи снохи. — С этого момента ты больше не живешь в этом доме. В компании тоже не появляешься, я тебя уволил задним числом. И только попробуй манипулировать моими родителями — не выйдет. Ты сейчас же сообщишь им правду о том, что твой ребенок не от Бориса.
— Что?! Руслан я…
Я перебил, повышая голос:
— Я еще не закончил! Больше ты не приближаешься к моей жене, Камилла. Даже чихаешь с закрытым носом если вдруг находишься в радиусе километра от нее. Я прослежу, обещаю.
— Ты ненормальный! Я… я никуда не уйду!
— Значит — вышвырну!
— Ты не можешь так унижать меня! — на ее глаза навернулись слезы. — Я… я ни в чем не виновата! Арина тебе соврала, Рус! Поверь мне! Она же меня терпеть не может!
