Демид возвращается к губам, сминая их в таком же торопливом поцелуе, и я окончательно отпускаю ситуацию и отвечаю ему.
Поднимаю руки, зарываясь пальцами в отросшие пряди на затылке мужчины, и не контролирую дыхание, которое сбивается так чертовски сильно, что я банально боюсь задохнуться.
Его губы переходят на щеку, затем покрывают поцелуями ухо и спускаются на шею. Демид несдержанно кусает меня за чувствительное место у горла, и я вскрикиваю, не успевая за его напором.
– Моя девочка.
Я едва ли понимаю, действительно ли слышу все это, или это просто плоды моей дурацкой фантазии.
Демид дергает полы моей блузки в стороны, срывая пуговицы, и впивается губами в грудь, прикусывая кожу и сжимая ее руками.
– Демочка… – шепчу, почти не отдавая себе отчет в словах, только тяну волосы сильнее и пытаюсь оставаться в сознании.
Он целует жадно, становится на колени и продолжает покрывать поцелуями мое тело, в этот раз одаривая живот и ребра.
Я так не вовремя думаю о том, что немного поправилась, что наверняка выгляжу не так, какой ему хотелось бы меня видеть. Становится неловко и хочется чуть прикрыться.
Но Демид…
Он замирает, стоя на коленях, и упирается лбом в мой живот, говоря надрывно:
– Господи, как же я по тебе скучал…
И в этот момент мне становится плевать на все. Боже, как же я люблю его!
Хватаю за плечо и тяну на себя, призывая подняться, но Демид совершенно не торопится. Он стягивает мою блузку с плеч и срывает лифчик, а затем сжимает руками грудь, лижет и посасывает соски, прикусывает их и дарит мне столько ощущений, что я наконец-то впервые за долгое время вспоминаю о том, что жива.
А потом юбка поднимается к талии, футболка Демида летит на пол, а его джинсы ползут по ногам вниз. У нас нет сил и времени раздеваться до конца, нам так отчаянно нужно просто снова ощутить друг друга…
Демид поднимает меня на руки, прижимая спиной к стене все в той же прихожей, и я обнимаю его ногами, дрожа так сильно, что становится даже немного страшно.
– Есенька…
– Да! – вскрикиваю, когда он оказывается внутри. Так же нетерпеливо, так же торопливо, каким он был в поцелуях. Сжимает руками меня крепко-крепко, снова целует, но я не могу отвечать. Стоны срываются с губ бесконтрольно, закатываю глаза и пытаюсь держаться в сознании. Но когда слышу стоны Демида – отпускаю себя.
Мы звучим громко, до ужаса горячо и до странного правильно. Стоны громкие, пошло громкие, а шлепки двух горячих тел разгоняют по внутренностям лаву. Давно сдохшие бабочки внутри вновь оживают, роем клубясь внизу моего живота. Я до сих пор не верю, что это происходит, но толчки, которые становятся еще жестче – возвращают в сознание.
– Так хорошо? – упирается лбом в мой и спрашивает ускоряясь. – Тебе нравится так?
– Д… да! Боже, Демид, да!
Меня окатывает волной оргазма слишком неожиданно, я просто дрожу в руках бывшего парня, пока он вколачивается в меня последними толчками, заканчивая сразу за мной.
Мы хватаем ртом воздух, как загнанные лошади, прижимаясь друг к другу так близко, как это возможно.
Демид дышит мне в шею, а я упираюсь губами в его плечо, пытаясь собраться в кучу и сделать хоть что-то. Что-то ведь надо, правда?
– Я так безумно скучал по тебе, Есь, – добивает меня Демид, поглаживая руками везде, где в этой позе может достать.
Резко становится холодно, и я снова дрожу, только уже совсем-совсем противно.
Не говоря больше ни слова, Демид аккуратно избавляется от джинсов, заносит меня в спальню, ложится на кровать, укладывая меня рядом, и укрывает нас двоих одеялом.
Ладно… обо всем, что произошло, я подумаю позже. А сейчас – спать.
Anna Asti – Верю в тебя
Я чувствую себя очень выспавшейся, но пока не могу ничего понять. В глаза не бьет солнечный свет, а еще как-то подозрительно жарко.
Я пытаюсь проснуться, пытаюсь потянуться на кровати, но мне что-то словно мешает. В секунду меня окатывает сумасшедшей паникой, а во вторую я начинаю паниковать еще сильнее.
Потому что я все вспоминаю.
Вообще все.
Неожиданное появление Демида у меня на пороге, его сумасшедшие поцелуи и лишающий дара речи секс. Я вспоминаю, что мы ушли в мою комнату и сразу же уснули, и отдаю себе отчет в том, что, если открою сейчас глаза, – увижу его.
Поэтому не открываю. Мне страшно, черт возьми! Потому что я переспала со своим бывшим! Более того, я отчетливо крутила в голове мысли, что до сих пор его люблю.
Я его люблю? Сейчас не знаю… То, что я скучала – отрицать глупо. Но любовь – это что-то гораздо серьезнее. На эмоциях признаться в этом самой себе было гораздо проще.
Пытаюсь подвинуться немного, потому что Демид всем собой огромным меня так сильно к кровати придавливает, что дышать тяжело. Аккуратно выползаю из-под него, но не успеваю отодвинуться даже на пару сантиметров, как сильные и поистине огромные руки оплетают меня вокруг талии и притягивают обратно, придавливая еще сильнее.
Демид так громко дышит мне в ухо, что я почти уверена – даже не проснулся.
– Вот же зараза, – бормочу еле слышно, пытаясь расцепить его руки и все-таки вылезти отсюда.
