– Из-за вашего душки я лишилась телефона, – ворчу, забирая мобильник из рук Мирослава Сергеевича и проходя вперед, с опаской входя во двор.
Собака, как он и предупреждал, начинает лаять, но я не пугаюсь, не ору, не бегу. Я просто от страха застываю каменным изваянием, прижав к груди руки и зажмурив глаза, словно это может мне чем-то помочь.
Я так сильно боюсь собак! Это умереть можно! Я и себе, правда, собаку хочу, но своя-то это другое… Тем более я хочу мягкого и сладкого корги, а не медведя, который может одним махом ногу отгрызть и глазом не моргнуть. Особенно я боюсь бродячих собак, но и вот такие громилы (хоть я его и не видела) доверия не внушают.
– Боже, Соня, – посмеивается надо мной Мирослав Сергеевич и касается моей спины ладонью, подталкивая меня к входу в дом. – Давай, топай, он закрыт.
Перебираю ногами на автомате, чувствуя себя роботом, но иначе пока не получается. Как бы мне не рухнуть с температурой от такого количества стресса, такое я тоже могу.
Наконец-то оживаю, когда к двери приходится преодолеть пару ступенек, чувствую себя максимально отвратительно! Но выхода-то у меня нет особо… Хотя, наверное, стоило бы в гостиницу поехать? Черт, почему я подумала об этом только сейчас?
Мирослав Сергеевич открывает мне дверь, я прохожу внутрь и снова столбом стою после того, как стягиваю с себя обувь.
– Сонечка, проходи, пожалуйста, не стой как истукан, что такое? – рычит Мирослав, чтоб его, Сергеевич прямо мне в затылок.
– Я ехала к подруге, а не к начальнику, мне, знаете ли, как-то совсем неловко сейчас! – фыркаю на него, поворачиваясь лицом. Надеюсь, что я и правда фыркнула, а не сказала это жалко и потерянно.
– Давай дружить тогда, – закатывает он глаза и снова подталкивает меня, укладывая свою руку мне между лопаток. Ох боги…
После огромной прихожей мы попадаем в гигантских размеров гостиную, где как раз на диванчике сидит Еська, а рядом с ней – ее муж, Демид. Он классный, всегда улыбается мне, когда приходит в наш автосервис.
– Смотрите, кого я к вам привел, – говорит Мирослав этой небольшой компании, и Еся тут же вскакивает с дивана и бежит ко мне. Обнимает меня, несмотря на влажную одежду.
– Малышка! – она всегда называет меня так, относится ко мне как к младшей сестре, мне так приятно… У меня никогда не было настоящих друзей, и Еся, кажется, первая такая в моей жизни. – Ты как?
– Да нормально. Прости, что свалилась как снег на голову, мне просто правда больше некуда…
Я надеюсь, что говорю это достаточно тихо, чтобы Мирослав Сергеевич ничего не слышал, но отчего-то мне кажется, что уши у него, как у Чебурашки, и он точно улавливает каждое словечко.
– Прекрати! Оставайся сколько нужно, у нас много места. А утром вместе на работу поедем.
– Я уеду пораньше, мне надо попасть домой перед работой, – рассказываю ей о своих планах и чувствую, что очень зря я делаю это в присутствии некоторых людей. Очень зря.
– Тогда идем, тебе надо согреться и поесть. Дем? – зовет она мужа. – Ты попозже подойдешь?
– Проведу вас, идемте, – вызывается тот, но вдруг его перебивает Мирослав, чтоб его второй раз, Сергеевич.
– Я проведу, – говорит он, – а ты открой пока еще пива.
Боже… Ну зачем? Было бы лучше, если бы мы пошли с мужем Еси. Слишком уж много этого мужчины в моей жизни.
Натягиваю обратно обувь под пристальным взглядом. Я его нутром чувствую, каждой клеточкой, каждым сантиметром кожи. Брр. Мне холодно от его присутствия становится.
Мы втроем выходим во двор, и я опять вздрагиваю, когда собака снова лает.
– Миш, ты чего? – говорит ему Еська, и он тут же перестает. В ту сторону, где собака, я принципиально не смотрю. Да я в целом не рассматриваю ничего! Попала я сюда случайно, так что нечего запоминать, как тут все устроено. Это лишнее.
Мы наконец-то выходим снова на улицу. Ольховский говорил, что дом Есении и Демида тут совсем рядом, надеюсь, так и есть и мне не придется находиться в его компании еще дольше.
Кому бы понравилось торчать со своим начальником столько времени, еще и вне работы? Да никому! Начальство никто не любит, особенно если оно такое же невыносимое, как и мое.
– Сонечка, – говорит он сразу же, стоит мне только подумать. Вот черт, а. – Я слышал, утром тебе надо домой. Я отвезу. А потом поедем на работу, если ты, конечно, в силах завтра выйти.
– Я выйду, – киваю ему. Конечно, в силах, куда я денусь? Работать надо. – Но домой не надо меня везти, я доберусь сама.
– Это не вопрос был, – отрезает он, останавливаясь у одного из домов. – Нам все равно вместе ехать утром на Западную, скоротаем время и лично прослежу за тем, чтобы ты не опаздывала. В семь буду тут. До завтра, – отрезает он, а потом разворачивается и уходит.
Вот же… Козел!
МОТ, Егор Крид – Шарады
– Так и что, – спрашивает Демид, когда я возвращаюсь из кухни с еще двумя бутылками. Девчонок я отвел около часа назад, и все это время мы обсуждали что угодно, но не мою личную жизнь, и это меня устраивало на все сто процентов. Но я точно знал, что ему не хватит терпения молчать все время. – Правда решил наконец-то влюбиться?
