– Яблок-то с собой возьмите, – услышала я напоследок. "Что у них яблок нет?" – усмехнулась я, имея в виду хозяев дома, с которыми уже успела договориться заведующая аптекой.
И я пошла, куда послали. А послали меня к тем самым людям, на которых обратила моё внимание Лидия Степановна. Фёдор и Маргарита встретили меня радушно. Люди простые-сразу видно.
Я освободилась от гнетущего чувства неловкости перед болящей женщиной! Новым моим хозяевам вкратце рассказала о событиях прошедшего вечера, мол, говорю Лидии Степановне:
– Вы бы сказали потвёрже: не могу. В таком-то доме вам, вероятно, смогут сдать комнату, и т. д. Я бы тут же ушла.
– Ну, куда же вы на ночь? – посочувствовала она.
– Очень она переживательная, – поддакивали мне Федя и Рита, но чувствовалось, что думали-το они иначе.
Аванса с меня не взяли. Уговор – 50 рублей в сутки.
– Плюс на картошку, – добавила я. Хозяева не возражали.
Чуть позже Фёдор трагическим голосом сообщил:
– Газ в баллоне закончился, – и раздумался: – Что же делать? Если газ не купить, то надо будет печку топить, и картошку придётся раз в сутки варить.
– Да вы не беспокойтесь, – успокаивала я его. – Чем вы будете питаться, тем и я.
С этими словами я отправилась в усадьбу Михайловское. Готовясь к поездке, я прочла пару книг о пушкинских местах. И теперь с картой-схемой в руках обошла Михайловское, прослушала экскурсию в доме-музее – будто желая убедиться, что все объекты на месте в целости и сохранности, и соответствуют написанному о них. В дальнейшем с таким же настроем я посетила Петровское и Тригорское.
И по дорогам и по росной траве, сняв туфли, в носках я не спеша бродила по заповеднику – хотя бы часть пути непременно шла босиком. "В землю боль моя уйдёт,/ обрету души полёт".
– Не даёшь подачки своим ногам, – говаривала Рита, в очередной раз увидев меня с тазиком холодной воды.
Из своего первого обхода ближайших окрестностей я вернулась к 15 часам. Увидев меня, Фёдор интригующе заявил:
– У нас событие!
– Какое?
– Я достал газ в срочном порядке. Так что теперь можно и варить, и подогревать. Я подумал, как же так, неудобно, гостье надо условия.
– Значит, я вас стимулировала на покупку газа?
– Да, вы, конечно, подтолкнули на это.
– Я не поздно вернулась?
– Мы тебя ждали, сейчас газ включу, – засуетился хозяин. – Картошка быстро сварится.
Скромная еда сельских жителей: к картошке растительное масло, солёные огурцы, помидоры.
– С вами выгодно иметь дело, – заметил Фёдор. – Неприхотливая.
Меню последующих дней было привычным для меня: макароны, каши, колбаса, а ещё грибы заповедные. Но однажды не только меня, но и себя удивила Маргарита – она потушила овощи!
В первый же день моего гостевания была истоплена банька. Рита похлестала меня от души. Помылись на славу! А к этому времени Федя уже и картошку пожарил.
"Вот в таком и ощущается отдохновение" – подумала я.
Конечно, в этом доме совсем не так, как у заведующей аптекой. Кровать панцирная, фонарь при входе не горит, обогревателя нет, дверь веранды перекошена, крыша прохудилась – в дождь закапало возле двери – подставили таз. При этом я чувствовала себя, будто нахожусь в гостях у своих деревенских родственников, которые не заискивают передо мной, – любят. А здесь ещё и уважают.
Однажды на целый день хозяева по делам уехали в Пушкинские горы. Оттуда привезли продукты. В Савкино магазина нет, но дважды в неделю приезжает автолавка. Вдвоём они быстро приготовили ужин. Бутылку на стол поставили не сразу, завели разговор на житейские темы, словно испрашивая разрешения выпить в моём присутствии и со мной. Посидели. Оказалось, что супруги – бывшие учителя химии и биологии. Мне понравилось, как проходило наше общение. То Федя прекращал излияния жены, мол, не напрягай; то Рита одёргивала мужа, мол, Надя сама знает, куда и когда ей пойти. Приятным для меня было и то, что Фёдор раньше писал стихи. Некоторые из них с гордостью прочла Маргарита.
– Твои книжки прочитаем – зимой делать нечего, – пообещала Рита, отбирая их у Фёдора, который взялся было тут же просмотреть их.
"Кому-то я в тягость, а кому-то и в радость", – подумала я с теплотой в сердце.
– Не знаю, как бы я жила у Лидии Степановны…
– А никак! Отпихнула она тебя! – с вызовом заявила Рита. Похоже, она давно хотела открыть мне глаза на заведующую аптекой. – Ей посторонних не надо. А мы люди простые. И нам с тобой интересно, и поговорить можно…
Мне захотелось оправдать Лидию Степановну, мол, приболела, да и решение далось ей ценой бессонной ночи и ухудшения самочувствия. Но промолчала.
Как-то, вернувшись с очередной прогулки, увидела на скамеечке Фёдора, поджидающего меня.
– Надежда, я тебе сюрприз сделал! – кинулся он навстречу.
– Какой?
– Открой дверь!
– Не скрипит! – удивилась я.
– Специально для тебя сделал, а то всё руки не доходят.
– Вам бы почаще таких гостей, как я, давно бы дом в порядок привели, – резюмировала я.
Другим днём Рита убирала свёклу и неожиданно предложила:
– Надежда, давай сбежим?
– С удовольствием. А куда?
– В Воронин, на кладбище.
