– Сыночек, у меня телефон украли! Ты представляешь? На секунду в магазине отвлеклась – а уже нет его! Сперва думала – может, выронила? Весь магазин обежала – нет! Вытащили! Я сейчас с Аниного телефона звоню, она одолжила… В общем, если что, звони и пиши на ее номер пока, она мне будет передавать, пока новый не куплю… Вот ведь, не одно, так другое!
– А ты в полицию заявила? – спрашиваю.
– Да что эта полиция найдет! Только замучают. Ладно уж… Бог судья ворам…
– Ты тогда, как купишь новый, сразу мне позвони, чтоб я новый твой номер знал… И не переживай…
– Стараюсь, Олежка, но как не переживать-то? Я как увидела, что телефона нет, – руки-ноги подкосились… А как поняла, что и правда украли, так чуть с ума не сошла… Сволочи! Чтоб им… Ну, в смысле Бог судья, я говорю… Но какие же сволочи!
– Мам, ты успокойся… Сердце как?
– Болит, сынок, сам понимаешь, от таких дел…
– Ты выпей лекарство да ложись.
– Ты-то там как? Как добрался? Как встретили?
– Все хорошо, – говорю.
Лучше б я и правда дома остался. Может, мама из-за меня и телефон проворонила. Переживала, как я тут, вот и зазевалась… Эх.
– Все нормально? – спросил Леха.
– Да у мамы телефон украли, – говорю.
– Ого! – говорит Леха. – И как она теперь?
– Новый будет покупать, – отвечаю. – Что ж сделаешь…
– А в полицию она обратилась? – спрашивает Юля.
– Да что эта полиция найдет, – говорю. – Только замучают. Ладно. Бог им судья.
И Юля как-то странно на меня посмотрела. То ли с интересом, то ли с уважением. Может, ей про Бога понравилось, как я сказал. Но я только мамины слова повторил. Она часто так говорит про плохих людей: Бог им судья. Не то чтобы она в Бога верила, но просто это такая успокоительная фраза. Чтоб не злиться. Потому что что хорошего, когда злишься? Потому и Бог им судья. Пусть, мол, Бог с ними разбирается. Неважно, есть он или нет.
Потом мы сидели все за столом, ужинали, было очень вкусно, котлеты с пюре и соленым огурцом. А главное – без лука! Я лук ненавижу, если честно, а его, как назло, постоянно во все блюда добавляют. Но тетя Женя сказала:
– Специально для гостя – без лука: меня Вера предупредила, что ты не ешь. Как она там, бедная, оклемалась?
– Да вроде, – говорю. – Завтра новый телефон купит, что ж делать…
– Вот сволочи! – воскликнула тетя Женя. – Я своим-то детям в школе потому и говорю: оставляйте дома ваши телефоны! Ведь сопрут же! И прут периодически, или теряют… А потом – слезы и разборки с родителями… Как будто учитель виноват! У меня их тридцать человек – что, за каждым смотреть, чтоб телефон не сперли?
– А почему ты лук не ешь? – вдруг тихо спросила Юля.
– Да так, – говорю. – Никогда не мог есть почему-то. И лук, и капусту, и вообще все такое…
– Какое?
– Ну, такое…
– А лук вообще никакой не ешь? Даже зеленый? – все продолжала спрашивать Юля.
– Ну, зеленый еще, может, могу, но тоже с трудом, – говорю.
– А капусту? Даже цветную не можешь?
– Ага. Даже цветную…
Юля смотрела на меня опять как-то странно – с интересом и опять же с уважением почему-то. Хотя за что уважать? За то, что я лук и капусту не ем? Пожалеть еще можно, а так… Или это она с жалостью смотрела? Да, пожалуй, с жалостью. Просто у нее взгляд такой, не совсем понятный.
Вообще ничего она. Симпатичная. И глаза очень голубые. Когда близко сидела, я ее рассмотрел. Ну, не специально пялился, конечно. Просто так получилось. Ничего такая, в общем-то, я Леху понимаю. Только она ведь такая тихая и скромная – и чего тетя Женя на нее злится?
– Юль, как учеба? – спросила тетя Женя. И видно было, что не просто спросила, а с подвохом.
– Ну так… – Юля потупилась, опустила голубые глаза в тарелку.
– Ну «как»? – насмешливо уточнила тетя Женя.
– Мам, да что ты ее пытаешь! – сказал Леха. – И вообще, учеба – это не главное, ну сколько можно! Ты учитель, поэтому для тебя главное! А на самом деле много другого в жизни, поважнее!
Юля с благодарностью покосилась на Леху.
– Что важнее? Например? – взвилась тетя Женя. – Да, учеба – это главное! Потому что, если плохо учишься в школе, никуда не поступишь! Или поступишь, но бог знает куда! И загремишь в армию! И я тогда с ума сойду! Особенно в наше время!
– Не загремлю… – пробормотал Леха.
– Это чего это не загремишь? – удивилась тетя Женя. – Все загремят, а ты – нет?
– А то ты не знаешь! – огрызнулся Леха. – Папа…
– Ну да, «папа»! – передразнила тетя Женя. – «Папа может, папа может все, что угодно»… А вот уволят его не сегодня завтра, и что тогда?
– Почему уволят? – спросил Леха.
– Потому что сейчас все может быть! – раздраженно объяснила тетя Женя. – Даже я в школе как на пороховой бочке! Это взрослые проблемы, не знаешь – не говори… Лучше учись!
– Да я учусь, – протянул Леха. – Мне Юля и по математике помогает.
– Так Юля сама же через пень-колоду учится! Как же она помогает? – взвилась тетя Женя.
– Ну, мы вместе разбираемся… Она немножко понимает… иногда…
Юля совсем утонула голубыми глазами в тарелке. Я покосился на нее. По щеке Юли текла большая слеза. Мне стало очень неловко от всей этой ситуации. Скорей бы доесть и уйти… В который раз пожалел, что приехал!