Когда часа через три Василий вернулся в квартиру, она успела сменить постельное белье и отправить прежнее в стирку, собрала вещи своего друга в спортивную сумку, скопировала его дипломную работу на флэшку и удалила из компьютера все упоминания о ней. Ивлев прошел из прихожей в комнату, наклонился, обнимая ее и целуя в шею.
— Давно пришла?
Катя развернулась на стуле и холодно посмотрела на него.
— Давно.
Он улыбнулся своей неотразимой фирменной улыбкой:
— Ты что, котенок, устала?
— Я не котенок и нет, я не устала. Сейчас изучала цены на дипломные работы в Интернете. Получается, от тридцати до ста тысяч. С тебя я возьму по среднему показателю, вот банковские реквизиты, перечислишь на счет пятьдесят тысяч и я отдам тебе флэшку с твоей дипломной работой. В компьютере никаких данных по ней ты не найдешь, я все почистила. В прихожей стоит сумка с твоими вещами, я вроде бы ничего не забыла, но ты можешь проверить. Верни мне ключи от квартиры и уходи.
Выражение глаз Василия Ивлева менялось от недоуменного до злого, он наклонился к Кате и язвительно прошипел:
— Вот, значит, как! Смелая стала, моль безродная? С чего бы это, другого дурака нашла, которого не тошнит рядом с тобой?
Катя холодно усмехнулась:
— Лучше уходи прямо сейчас, чем больше ты скажешь мне гадостей, тем дороже будет стоить твоя дипломная работа. Этак и на все сто тысяч наговоришь. За меня не беспокойся, не пропаду и не покачусь по наклонной из-за любви к тебе, красивому и благородному.
Лицо Василия дернулось, он стиснул зубы, вынул из кармана куртки связку ключей, бросил ей на колени, развернулся и вышел. Хлопнула дверь, Катя встала и закрыла ее на все запоры, а на следующий день и вовсе поменяла замки на новые.
Деньги Вася перечислил через два дня, защищались они в разное время, поэтому в следующий раз увиделись лишь через три года, совершенно случайно столкнувшись в торговом центре. К тому времени Василий женился на Ларисе, ее отец, какой-то крупный чиновник в областном правительстве, пристроил дочку и зятя туда же, в юридическую службу. За три года Василий немного раздался в плечах и приобрел осанистый, важный вид. Они с Катей лишь на мгновение встретились взглядами и разошлись, словно никогда и не были знакомы. Позднее Катя раза два слышала от своих коллег, что с Ларисой они живут, постоянно изменяя друг другу, но отчего-то не разводятся, хотя детей пока не имеют. Как это ни странно, но ей были совершенно безразличны и эти слухи, и сама встреча с Ивлевым.
Катя три года отработала следователем в районном отделении полиции, потом ее заметил кто-то из Следственного комитета и ее пригласили работать туда. За это время она поступила в тот же университет на вечернее отделение экономического факультета, сразу на третий курс и уже готовила дипломную работу по специальности.
Личной жизни как таковой у нее не было, только работа и учеба. В тот день, когда ей стало известно об истинном отношении к ней Ивлева, она долго сидела перед зеркалом и была вынуждена согласится с тем, что действительно, ее внешность не была яркой и интересной. Она никогда не уделяла себе много внимания, не пользовалась декоративной косметикой, носила одежду скромного покроя и спокойных тонов. И хотя черты ее лица были правильными, а глаза и вовсе насыщенного голубого цвета, для себя она решила, что рассчитывать на большое женское счастье с такой внешностью ей не приходится.
Она не принимала приглашений на свидания, не ходила ни с кем в кафе и рестораны, отныне и навеки подозревая в мужском к ней интересе поиск какой-нибудь выгоды или необходимости.
Вчера днем к ней в кабинет зашел следователь Илья Порошкин, преподнес крупную розу на длинной ножке, мило поболтал ни о чем и пригласил в ресторан, будучи между тем окончательно и бесповоротно женатым на дочери какого-то начальника из прокурорских. Катя отказалась, сетуя на страшную занятость. Сегодня Порошкин снова зашел к ней, опять с розой, принялся о чем-то рассказывать, но Катя совершенно невоспитанно перебила его, прямо спросив о цели таких настойчивых визитов. Порошкин засмеялся, похвалил ее острый ум и деловитость и признался, что хлопочет о местном авторитете Рафике Кургиняне, дело которого о крупном мошенничестве расследовала Катя. Илье хотелось бы убрать из него некоторые документы, заменив их на другие. Катя попросила его выйти и впредь не мешать ей работать, а розы засунуть себе в задницу по самые гланды, не срезая шипов.
Сейчас, шагая с вечерних лекций, она брезгливо вспоминала об этом, на душе было отчего-то горько и беспокойно. По привычке пройдя между оградой детского сада и небольшой автостоянкой, Катя вышла к своему дому. Здесь было безлюдно и лампочка этим вечером почему-то горела лишь под козырьком последнего подъезда. В серой мгле смутно угадывались очертания стен и детской площадки, Катя вздрогнула, когда прямо перед ней выросла мужская фигура. От мужчины пахло пивным перегаром, немытым телом и плохим табаком, голос его был наглым и развязным:
