Она еще не понимает, что выбора у нее больше нет. Она уже моя жена и благодаря родовому обряду и магии, я могу чувствовать ее, как и знать ее тайные мысли.
Демонесса даже сама еще не поняла, что глубоко в душе подумывала спрятаться от меня в Нагшироне или в одном из содружественных миров. Как и приняла решение больше не поддаваться «моим чарам». Держаться от меня подальше.
Не выйдет.
— Я готова, — услышал за спиной голос Риды.
Обернувшись, протянул руку, подзывая все еще смущенную девушку ближе. Она, накинув капюшон длинного плаща, подошла ко мне, и я крепко прижал ее к своей груди. Машинально вдыхая вкусный, родной запах. Надеясь на то, чтобы в этот раз ее одежда оказалась скромнее.
Или я за себя не отвечаю.
Точно заверну в эту тряпку, а лучше оттрахаю так, что и думать забудет, как соблазнять своим видом посторонних мужчин. И плевать, что у многих из них имеются жены.
Оказавшись возле обветшавших и местами проржавевших ворот поместья эс Дрегоморов, я отпустил девушку, отходя на шаг. Арида, поправив капюшон, с тоской взглянула на потемневший от времени замок, выдыхая:
— Как же долго я здесь не была. Мы можем войти?
— Конечно. Для этого мы здесь, прошу.
Магией распечатал ворота. Вытащил из ножен небольшой серебряный клинок, передавая его заметно взволнованной девушке, встал за ее ровной спиной, стараясь не мешать. Ведь дальше дело было за ней.
Демонесса не растерявшись, поджала губы, благодарно кивнув. И сделав небольшой надрез на ладони, погладила ею стык на воротах, шагнула назад, впечатываясь в мою грудь. Но даже не заметила этого, как и не заметила опустившиеся на ее плечи мои ладони, легонько сжавшиеся в молчаливой поддержке.
Она, затаив дыхание, смотрела, как кровь с ворот исчезает, впитываясь и они, загудев, со скрипом медленно разъехались, открывая вид на запустевший сад с одной дорожкой ведущей к поместью.
Подтолкнув немного растерявшуюся демонессу, взял ее за ладошку, досадуя, что место пореза еще не затянулось, повел вдоль аллеи.
— Арос, как все здесь запустело. Жива была бы матушка, точно упала бы в благородный обморок, — попыталась пошутить она, хотя я успел заметить скатившуюся слезинку, которую демонесса быстро смахнула.
— Она жива, — спокойно произнес, поддерживая покачивающуюся Риду за локоть, помогая взбираться по щербатым ступенькам. — Как и весь твой род.
— Знаю, — дрогнувшим голосом шепнула она. — Знаю, но так трудно поверить. Так сложно и больно. Простите, за эту вспышку слабости, Ваше Величество.
— Все в порядке, — успокоил ее, доставая небольшой ключ из нагрудного кармана и отпирая железную дверь, замечая, как Арида чуть поморщилась от громкого скрипа, вызывая у меня легкую улыбку.
— Иди, я подожду тебя в холле.
Рида, замешкавшись в проеме, обернулась, слабо улыбнувшись:
— Спасибо, Аданари, за эту возможность. Для меня это очень ценно. Я не забуду.
Она, прикоснувшись к моей руке, скрылась в темном провале двери, а я, шагнув следом, оказываясь в пыльном просторном холле поместья, смотря вслед медленно бредущей Ариде, тихо произнес:
— Не за что, Рида. Не за что.
Ведь я сделаю все, чтобы ты не забыла.
Арида
Ступая по коридорам своего некогда величественного замка, я едва сдерживала слезы горечи и только сейчас в этих пустынных коридорах понимала, какую непростительную ошибку и глупость совершила. Какой же я была наивной.
Сама своими руками загубила свой род. Родителей, братьев, их далеко идущие планы стать Магистрами боевых искусств. Маленьких демонят сестер. И их самих.
Шагая по местами прогнившей лестнице, остановилась перед закрытыми дверьми в родительские покои, не в силах сделать шаг.
Оперевшись ладонями о двустворчатую дверь, на выдохе толкнула. Прогнившие доски треснули и я, тихо вскрикнув, зажмурилась, повалилась на пол, упав на колени и чихнув от взметнувшейся пыли.
Распахнув глаза, обвела мрачные покои. Тут совершенно ничего не изменилось. И если бы не тонна пыли и грязи, можно было бы подумать, что родители куда-то всего на миг отлучились. И вот-вот переступит порог матушка, возмущенно воскликнув:
«— Арида, что за вид? Почему ты сидишь на полу? А платье?! Платье-то помяла! И это юная леди? Арос, Арида, я поведаю отцу о твоем недостойном поведении, милочка!»
Только юной я уже давно не была. Как и давно здесь не было матушки.
Тяжело вздохнув, поднялась, не забывая поправить платье. Подойдя к почерневшему от времени трюмо, провела пальцем по деревянной панели, смахивая паутину. Заглянула в треснувшее большое зеркало в деревянной раме, по контору которого обрамляли пыльные некогда белые цветы.
Тоскливо обведя покои взглядом, вышла, кое-как прикрыв разваленную дверь. Щелчком зажигая светлячков поярче, прошла вперед, стараясь не смотреть на мрачные, жутковатые картины предков, остановилась перед комнатой старшей сестры.
Дверь была приоткрыта и я, толкнув ее рукой, переступила порог, защелкивая за собой скрипучую дверь.
