– Да вы не расстраивайтесь так, бабушка, – я начал оправдываться. – Он перед смертью совершенно не страдал. Умер быстро, и, можно сказать, почти безболезненно.
– Уж не ты ли его погубил, злыдень окаянный? – Бабка грозно сдвинула брови и пошла на меня. – Признавайся, поганец вонючий, от твоей руки мой Холерушка смерть принял?
– Бабушка Ядвига, вы всё не так поняли. Он первый на нас напал и чуть не ушатал. Нам пришлось защищаться, – под напором старухи я начал понемногу отступать назад. – Да и если разобраться, то, технически, я его не убивал вовсе. Я просто стоял, держал меч, а он бежал на меня и сам на меч наткнулся. Ну а инерция сделала всё остальное.
– Так вы втроём моего Холерика жизни лишали? – Ядвига гневно сверкнула глазами. – Где эта стерва окаянная, а ну тащи её сюда немедля!
– О ком это вы, бабушка?
– Об Инэрции твоей, паскуднице, – старухино лицо скривилось. – Тьфу, и имя-то какое похабное – Инэрция. Прям как импотенция. Или проституция.
– Вы не поняли, бабуля, инерция – это такая физическая величина, которая характеризует способность тела оставаться в состоянии покоя или равномерного прямолинейного движения при отсутствии внешних воздействий, а также препятствовать изменению своей скорости при наличии внешних действующих на него сил.
– Ты на каком это басурманском языке сейчас разговаривал, милок? – бабка снова сердито нахмурилась. – Хватит мне голову дурить, признавайся, это ты его мечом проткнул?
– Ну, я же вам уже объяснил…
– Меч твой?
– Мой.
– Меч ты держал?
– Я.
– Значит, ты и есть убийца, и нечего тут на баб всяких свою вину перекладывать!
– Но бабуля…
– Какая я тебе «бабуля», ирод? Вот сейчас превращу тебя, козла, в козла! Будешь за Холерика отрабатывать.
В процессе диалога старуха постепенно теснила нас в сторону двери, что позволило нам предпринять тактическое отступление. Пшемек на удивление быстро справился с замком, и мы смогли в последний момент выскочить на улицу, бросив на пороге останки убиенного Холерика. Вдогонку нам неслись отборные ругательства и проклятия, но мы благоразумно решили их не слушать и рысью удалялись от жилища колдуньи. Отбежав на приличное расстояние и не слыша за собой погони, я остановился посмотреть, как там обстановка.
То, что я увидел, мне совершенно не понравилось. Бабка Ядвига стояла на пороге своего дома, держа в одной руке плошку с горящей свечой, а в другой пучок каких-то трав. При этом она нашёптывала слова, которые с такого расстояния было не разобрать, и одновременно с этим подпаливала по очереди торчащие из пучка травинки.
– Паша, как ты думаешь, она на самом деле колдунья, или просто прикидывается?
– Не знаю, милсдарь, но некоторые люди говорят, что колдунья.
– За злодейство твоё пусть тебя громом оглушит, да молнией поджарит! – последние слова бабка прокричала так, что мы их услышали, а затем ещё раз подожгла и швырнула в нашу сторону дымящийся и уже наполовину сгоревший пучок травы.
Сразу после этого я почувствовал необъяснимое чувство тревоги, которое заставило меня посмотреть вверх. От увиденного я застыл на месте. Посреди голубого неба точно над нашей головой светилась яркая точка, окружённая ореолом, похожим на дым. И эта точка увеличивалась в размерах. Пшемек тоже посмотрел наверх, но в отличие от меня не замер, а заорал что есть мочи и потащил меня вперёд по тропинке. С неба послышался нарастающий гул, от которого у меня кровь застыла в жилах. Мы успели пробежать шагов тридцать, когда за нашей спиной с чудовищной силой и неимоверным грохотом что-то ударило в землю. От удара тропа под нашими ногами содрогнулась так, что мы не устояли и кубарем покатились в разные стороны. Ударной волной повалило ближайшие деревья и подняло в воздух тучи пыли вперемешку с сухими листьями и травой.
Когда пыль немного осела, мы с Пшемеком увидели в двадцати шагах от нас воронку метров пяти в диаметре, из которой поднимался густой белёсый дым. Вот и обижай после такого старушек.
Вместо того чтобы вскочить на ноги и бежать подальше от этого места, я, повинуясь какой-то непонятной силе, неторопливо встал, подошёл к воронке и заглянул внутрь.
Пшемек подошёл ко мне и с опаской заглянул внутрь кратера, образовавшегося на месте падения Ядвигиного проклятья. Из-за густого дыма практически ничего не было видно.
– Паша, ты как хочешь, а я отказываюсь верить, что это бабкиных рук дело, – я помахал ладонью, отгоняя дым от лица. – Ну не может старуха, обладая такой разрушительной мощью, жить одна в лесу, да ещё и в таком убогом доме.
Пшемек заинтересованно слушал, и, судя по выражению лица, был со мной не очень согласен.
– Ну сам посуди, если бы у тебя была такая опасная сила, неужели ты не смог бы заставить кого-нибудь, ну, как минимум, построить себе большой нормальный дом?
– Наверное, смог бы, – ученик пожал плечами.
– Исходя из этого, я считаю, что в данном случае имеет место простое совпадение, и бабкины действия никак не связаны с дальнейшими событиями. Согласен?
