— Какое совместное будущее, Георг? Тем более тогда. Ты же всегда знал, что мне следовало соединиться с другим примом. И между нами никогда не было даже тени влюбленности.
— Рин, ну не смешно ли тебе самой сейчас говорить о том, что ты должна была сделать, учитывая что в итоге сделала, связавшись с человеком? И при чем тут влюбленность? Неужели ты до сих пор считаешь ее фактором, достойным внимания в столь глобальных вопросах? Сколько сменилось у тебя любовников, а я оставался твоим другом. Мне не составило бы труда соблазнить тебя давно, даже стать первым, но ведь место в твоей постели не гарантировало бы мне право стать равным. Романтика, похоть, страсти, даже банальная дружба, в ее общепринятом сопливом понимании — это проходящая чушь, между нами с самого начала было нечто гораздо более глубокое и фундаментальное.
— И что же это?
— Я увидел в тебе потенциал для своего возвышения, а сам готов был стать тем партнёром, который помог бы тебе сделать Курта ещё более могущественной стаей. По сравнению с этим то, кто там греет нам постель — полная ерунда.
На самом деле, мне внушали примерно то же. Я росла с уверенностью, что увлечения, удовольствия — это одно, а мое предназначение и интересы стаи — совершенно другое, на главнейшее. Верила в это. Пока не встретила Руса, который все перевернул с ног на голову. И к чему это привело? К череде потерь, одной из которых стал и он сам. Ледяной шип боли впился в сердце, и я внутри вся сжалась, ожидая нового прилива пронзающей навылет душевной муки, но она не пришла. Нечто, ещё не поддающееся осознанию внезапно словно окружило мое сердце слоем брони, не позволив сделать кровоточащую рану шире и придав вдруг сил и опору.
— Ты и при отце стал хилиарх-саргом, а потом и проктор-примом, неужели тебе недостаточно было? Тебе же и так сейчас фактически принадлежит вся власть у Курта, чего же ещё? — зарычала я, как можно громче, с секундным опозданием поняв, что же это за оживляющий импульс.
Рус, я уловила лёгкий отзвук его аромата. Пугающе смешанный с запахом свежей крови, но если мой любимый смог сюда прийти, значит его раны были не настолько тяжелы, какими мне показались. Я ведь и вовсе сочла их смертельными, как, видимо и Георг.
— Странно, что ты спрашиваешь, Рин. Что это за фактическая власть, что может быть оспорена в любой момент? Пшик, ничто.
— Что-то мне так не показалось. — пульс мой грохотал все громче, я ничем не могла помочь Русу, разве что только отвлекать подольше Георга, — Курта даже все мои приказы только с оглядкой на тебя исполняли.
— Всего лишь потому, что вернувшись, ты не слишком то торопилась влиться в управление стаей, Рин. Но очень скоро они бы все ощутили, что домой явилась истинная прима. Явилась и отнюдь не относиться ко мне, как и полагается в паре и среди равных. Мне казалось, что я был готов к твоему возвращению, но ты, как и всегда, не стала вести себя так, как было нужно.
— Поэтому ты и спровоцировал конфликт со стаей Дикого? — я с огромным трудом удерживалась от того, чтобы не повернуть голову, всматриваясь в темноту в поисках Руса и выдавая его тем самым, но это были напрасные усилия.
— Нет-нет, не стоит мне приписывать вещи, к которым я не имею отношения, Рин. Дикому следовало бы не верить так свято, что все, кто пошел за ним — хорошие ребята и честны с ним. Однако, грех было не воспользоваться ситуацией, чтобы не сократить в стае количество тех, кто однозначно признали бы только твое родовое исключительное право, случись что между нами. — что-то металлически лязгнуло, грохнул оглушительный в замкнутом пространстве выстрел, у моих ног пол взорвался фонтаном каменных осколков, посекших кое -где кожу. — Ещё один шаг или хоть малейшая попытка придавить меня ментально, Дикий, и следующая пуля будет в лоб нашей драгоценной Эрин. Какая же ты все-таки живучая тварь.
— Хрена с два ты выстрелишь! — раздался из темноты откуда-то сверху хриплый голос Руса. — Если убьешь ее, столько лет твоих усилий и ожиданий прахом пойдут.
— Это, конечно, будет крайне печально, но ведь живым ты мне отсюда выйти вряд ли позволишь, так что, какая уже разница. Если я не смогу использовать Эрин, то пусть уж и тебе она не достанется. Однако, мы все можем не вести себя как тупые примитивные животные на эмоциях, а договориться, как и полагается существам разумным. И тогда никто не умрет, напротив, каждый получит то, чего хочет, пусть и со временем.
— Я хочу только Эрин. Отдашь ее без боя и можешь проваливать, плевал на на тебя и твои амбиции.
— Не-е-ет! Это несерьезный разговор. Тебе нужна Эрин, как любовница, как обычная женщина. А мне нужна Эрин, как прима, которая своей мощью окончательно утвердит мою власть у Курта и родит для этого мне хотя бы одного потомка общей крови. После же можешь её забирать и превращать в унылую домохозяйку, по человеческому обычаю. Если, конечно, она к тому времени согласиться отказаться от жизни примы стаи.