— Моя сестра выдающийся экономист, — включается, как всегда, неожиданно Агния. Задерживаю дыхание и напрягаюсь, пока она раскатывает свою программу: — Самый перспективный молодой специалист в нашем городе. Еще магистратуру не окончила, а несколько предложений работы получила. Жаль, не все ценят то, что она остановила свой выбор на «Brandt Energy Motors».
— Не все? — переспрашивает Роман Константинович.
Вдвоем с Агнией смотрят на Яна.
— Я ценю, — невозмутимо принимает удар. — Сегодня Юнии Алексеевне была выписана премия.
— Правда, что ли? — радуется за меня сестра. — Я знаю, куда ее вложить, чтобы приумножить сумму!
— Там и так прилично, — остужает Ян.
— Супер! А будет еще больше! Мы хотим купить Юнии собственный байк.
Ох, блядь…
Зачем?
Сердито смотрю на сестру.
— Что? — высекает Ян. — Какой, на хрен, байк?
— Ямаху или Кавасаки, — отвечает Ага спокойно. Бросив взгляд в объектив направленной на нее камеры, добивает для Богдана: — У каждой девочки из банды Сукэбан должен быть крутой байк.
— Спалились! — шипит мелкий.
— Бодя, отложи камеру…
— Почему ты говоришь «собственный», будто Ю уже каталась на чужом? — перебивает маму Ян.
— Она каталась, — усмехается Агуся. — Илюша, сладкий, готовь вторую губу.
— Заткнись, — шикаю я, не выдержав шоу, которое она устроила.
— Ты каталась с ним? — обращается ко мне Ян.
Глухой тон неспособен утаить угрозу.
— Так, думаю, нам всем следует успокоиться, — протягивает Милана Андреевна. Смотрит на старшего сына: — Ян.
— Я спокоен, мам, — высекает резко. — Ю, я тебе вопрос задал. Отвечай.
— Кхм… — выступает вместо меня Илья. — Да, я научил Юнию управлять мотоциклом.
— Простите! Простите! — горланит следом за ним Богдан. — Я приблизил и… — с гадкой ухмылкой подмигивает Агнии. — У тебя что-то в волосах, женщина-брат. Похоже на сидящего на жвачке паука.
Завопив, сестра подскакивает на ноги.
— Бодя, твою мать! — сокрушается Милана Андреевна. — Свинюка ты такая!
— Стой, — реагирует на крики Агнии подорвавшийся следом за ней Егор. — Замри. Замри, бл… Прекрати истерику. Я помогу. Стой же!
И сестра застывает, зажмурившись и зажав рот ладонью, позволяет ему осмотреть свои волосы.
— А я здесь ни при чем, ма! — возмущается Богдан. — Я ее даже братом назвал! Ты слышала? Считай, принял, несмотря на ОПГ!
— Бодя!!! Ты у меня сейчас ремня выхватишь!
— Почему у вас всегда виноват я???
— Выйди из-за стола, — теряет терпение Роман Константинович.
Меня от его тона накрывает дрожью.
Мальчишка тут же замолкает. Побледнев, стойко шагает отцу навстречу. Тот указывает ему на дверь, и они вместе покидают беседку.
— Ян… — хватаю своего Нечаева за руку. Игнорируя то, как сердито он смотрит, прижимаюсь губами к уху. — Пойди с ними. Пусть Богдана не наказывают.
— Он заслужил.
— Ян, — умоляю я.
Нечаев раздраженно отбрасывает салфетку и поднимается, чтобы отправиться следом за отцом и братом.
Милана Андреевна перехватывает мой взгляд, с благодарностью кивает.
— Что?.. Ну что там? — шепчет Агния задушенным от страха голосом. — Егорчик?..
— Стой. Не дергайся, — требует он, прежде чем у меня на глазах раскинуть складной нож и отфигачить залипший в зеленой жвачке клок. — Все.
— Ах… Ты что, отрезал мне волосы??? Егорыныч, ты что?! Ты что?!
— Филатова, блин, там незаметно.
— Да ты… Гера!
— Говорю же, что незаметно. Че ты вопишь?
— Точно незаметно? — смотрит на всех поочередно.
— Незаметно, — подтверждаем с Миланой Андреевной в один голос.
— А паук… Паука нет?
— Уже нет, — заверяет ее Егор.
— Боже… Я хочу домой, — выдыхает сестра с дрожью.
— Поехали, — соглашается Нечаев.
Прежде чем покидаем беседку, бедная Милана Андреевна раз десять перед нами извиняется.
— Перестаньте. Вы не виноваты, — шепчу ей уже во дворе.
— Конечно, виновата. Мой сын. И он свое все равно получит.
— Я понимаю, вам неудобно. Но правда, не стоит.
— Безусловно, мне неудобно. Без пяти минут невестки… И такой прием! Да я этому поросенку до конца жизни не забуду!
— Мам, ну реально, хватит, — подключается Илья. — Забудешь же. Простишь, — обнимает мать. — Дурак он еще. Вот и все.
— Ой, дурак… — расстроенно вздыхает она.
Замолкаем, когда возвращаются остальные Нечаевы.
Ян с отцом мрачнее туч. Но Бодя, слава Богу, жив и невредим.
— Это действительно был я. Бес попутал, — кается он перед Агнией. — Прости, женщина-брат. Больше не повторится. Такого точно никогда! Клянусь.
Сестра хмыкает и, не сказав ни слова, с видом королевы, будто это и не она вовсе пару минут назад визжала от ужаса, важно удаляется.
— Спасибо за вкусный ужин, — благодарю я.
— Приходите в любое время. Всегда будем рады, — говорит Милана Андреевна, обнимая меня.
— Доброй ночи, — прощаюсь сдержанно со всеми сразу и иду следом за догоняющим сестру Егором.
В гараже, как ни странно, те не задерживаются. Садятся на мотоцикл и уезжают, оставляя меня с Яном.
Мой Нечаев ничего не говорит. А я сама боюсь и слово молвить. Покорно сажусь в машину, когда открывает передо мной пассажирскую дверь.
Гробовая тишина между нами сохраняется до самого дома.
Дома Яна.
Черт возьми…
С трудом перебирая ногами, иду за ним к подъезду.
