Ты выйдешь за меня снова полностью

Что с ним сейчас?

Где он?

Как он?

Такое чувство, что Нине очень неспокойно за него, и я пропускаю это через себя.

Встаю с дивана, меряю шагами комнату и запускаю пальцы в волосы.

Почему мне так хочется оказаться рядом с ним?

Я вздрагиваю от громкого стука в дверь, иду в прихожую, смотрю в глазок и мое сердце начинает биться как сумасшедшее.

Быстро отпираю замок, распахиваю дверь и тут же оказываюсь в объятиях Егора.

Он прижимает меня к себе так сильно, словно я только что стояла на краю обрыва, но он спас меня за секунду до падения.

Его пальцы проникают под мои волосы, по шее прокатывается его теплое, рваное дыхание.

Егор прижимает мою голову к своей широкой груди, целует в макушку, облегченно выдыхает, и мы стоим в полной тишине, грея друг друга в объятиях.

У меня слезы бегут по щекам.

Как будто не я его обнимаю, а Нина.

Как будто он обнимает не меня, а… ее…

Чувство, словно мы долгие годы ждали этого момента, и теперь, когда он случился, мы не в силах отойти друг от друга.

Я слышу чьи-то медленные шаги, поворачиваю голову и вижу… Богдана.

– Я думал, что ты просто не можешь прийти в себя после удара молнией, – усмехается он. – А оказывается, у тебя есть другая причина избегать встречи со мной.

Лера

Прошу Егора уйти в квартиру, закрываю за ним дверь и прижимаюсь к ней спиной.

– Я как раз хотела с тобой поговорить, – со вздохом произношу, глядя на Богдана.

Он сверлит меня испепеляющим взглядом.

– Давно мутишь с ним за моей спиной? Давай, скажи правду! – выкрикивает он. – Я как идиот места себе не нахожу, переживаю за те…

– Я с ним не мучу, – перебиваю я, пока он своим криком не разбудил всех соседей. – Между нами ничего нет. Это вообще не то, что ты думаешь.

– Я не слепой. Видел, как вы обжимались.

Богдан горько усмехается и, разочарованно глядя на меня, качает головой.

– Да-а… за полгода наших отношений ты ни разу не обнимала меня так, как его. А теперь стоишь и льешь мне в уши, что между вами ничего нет?

– Мы познакомились с ним сегодня, – говорю я, отчего Богдан резко меняется в лице. – Помнишь, я просила тебя найти полковника Балашова? Это его сын. Егор Балашов.

– Так это твой родственник, что ли?

– Не совсем… – глубоко вздыхаю я. – Не знаю, как все объяснить тебе… Боюсь, ты, как и Вика, примешь меня за сумасшедшую.

– Ты сейчас о своей прошлой жизни? – смеется он. – Вика рассказывала мне, как ты называла себя какой-то Ниной и несла всякую хрень.

– Это не хрень! – закипаю я. – И Егор – прямое доказательство тому, что в прошлой жизни я была Ниной Балашовой. Он ее брат, понимаешь? Ее семья существует! И Нина существовала! Я была на ее могиле, видела ее фотографии, и…

– Прекрати нести бред! – грубо бросает Богдан, крутит пальцем у виска и, в шоке глядя на меня, протягивает: – Ты точно слетела со всех катушек… Не соображаешь, что делаешь. Притащила домой мужика с улицы, называешь его своим братом из прошлой жизни.

Богдан резко хватает меня за руку.

– Я отвезу тебя в больницу.

– Пусти! – огрызаюсь я.

Поднимаю голову и пристально смотрю в его глаза.

– Уходи. Мне не о чем разговаривать с человеком, который называет хренью то, что стало для меня смыслом жизни. Убирайся и больше никогда не приезжай сюда.

– Лер, я хочу помочь тебе, – растерянно глядя на меня, произносит Богдан. – Мы с Викой переживаем за твое состояние, и…

– Между нами все кончено, – перебиваю я. – Спасибо тебе за все, что ты для меня сделал. За выставки, за знакомства с художниками, за то, что хотел сделать меня своей женой, и за то…

– Что за прощальные речи? – всплескивает он руками. – Лер, давай найдем хорошую клинику, где тебя обследуют. Хочешь, можем прямо сейчас поехать на МРТ или к психотерапевту.

– Я здорова, Богдан. Просто моя жизнь изменилась после комы, и я никогда не стану прежней Лерой.

Набираю полную грудь воздуха и, перед тем как уйти, добавляю:

– Есть вещи, которым мне хочется посвятить всю свою жизнь. И ради этого я готова отказаться от всего, что имею.

Богдан молча смотрит на меня несколько секунд, затем прищуривается.

– Посмотрим, как ты заговоришь, когда на тебя наденут смирительную рубашку и запрут в дурке.

Сверля меня взглядом, сует руки в карманы спортивных брюк, разворачивается и не спеша спускается по лестнице.

Мне даже легче стало.

Вопрос с Богданом решен.

Теперь я могу полностью посвятить себя Нине и той миссии, которую должна выполнить.

Открываю дверь и чуть ли не врезаюсь в Егора.

– Давай я поговорю с ним? – предлагает он, выглядывая на площадку. – Объясню ему, что ты не сумасшедшая.

– Не стоит, – глядя на него, улыбаюсь я. – Все так, как и должно быть. Чай будешь?