Тураева поняла, что разговор окончен. Чувствуя слабость и головокружение, она оставалась еще некоторое время в кресле. Потом медленно встала и направилась к двери.
— Через час здесь будет генерал Исии, — словно извиняясь, проговорил Маедо.
Начальник Семьсот тридцать первого бактериологического отряда генерал Исии медленно поднялся на второй этаж и прошел в приемную военной миссии. Маедо отвесил короткий поклон и раскрыл перед ним дверь в кабинет начальника. Генерал Янагито вышел из-за стола и почтительно проговорил:
— Прошу, генерал Исии. Через несколько минут будет Хасимото. Он доложит некоторые указания начальника генерального штаба.
Исии не был подвластен военной миссии, хотя его отряд и входил в состав Харбинского гарнизона. Работа бактериологического отряда была известна только генеральному штабу и некоторым высшим чинам Квантунской армии. Но потому, что Исии являлся частым гостем столицы и был вхож даже в августейшие апартаменты, Янагито относился к нему с подчеркнутым вниманием и любезностью. Генерал знал, что бомба «И» — потенциальная сила империи.
На совещание были вызваны начальники особых служб: жандармских управлений, тюрем, эпидемических и бактериологических отрядов и отделений, лагерей военнопленных.
При появлении Исии офицеры встали.
— Прошу, господа, садиться! — тихо проговорил Исии, опускаясь в кресло. Он прикрыл глаза и, казалось, уснул. Его бледное лицо с высоким лбом и резко очерченными скулами дышало жестокостью.
Хасимото появился в кабинете вместе с начальником Квантунской жандармерии. Ответив на общий поклон, он подошел к столу и взглянул на Янагито. Тот чуть заметно кивнул головой.
Генерал Хасимото не стал делать анализ военных действий в Маньчжурии. Он изложил план чрезвычайных мероприятий:
— В настоящей обстановке мы должны быть готовы к суровым испытаниям. Его величеством принято решение оставить без внимания Потсдамскую декларацию и продолжать сопротивление на всех фронтах до почетного мира.
«Зачем излагать такие подробности?» — недовольно подумал Исии, обводя взглядом присутствующих.
— Но, кроме сопротивления армии, необходимо, господа, провести быстрое уничтожение заключенных в лагерях, тюрьмах, всех секретных учреждений, — продолжал Хасимото. — Эта операция должна быть осуществлена в ближайшие два-три дня. Все секретные объекты подготовить к взрыву, архивы уничтожить, документы государственной важности отправить в Токио…
Хасимото выразительно взглянул на Исии, но генерал не заметил его взгляда. Он был погружен в свои мысли:
«Нужны тысячи бомб, тонны бактерий. Необходимо было уже давно сеять смерть, но медлительность армейского командования обрекла отряд на уничтожение…»
— Нужно, генерал Янагито, готовить из русских эмигрантов надежных агентов. Не из тех отбросков, которых рекомендует Кислицын, а из принадлежащих к знатным семьям, которых могли бы счесть истинными патриотами, если они останутся в занятых русскими районах. Таких, как Долгополов, Карцев, Тураева, нужно обезвредить…
Совещание длилось почти до полуночи, и генерал Исии сильно устал. После совещания он тотчас оставил кабинет и спустился вниз. У подъезда обыскал свою машину и направился к ней. Открыв дверцу, Исии удивленно поднял брови и на долю секунды остановился в нерешительности. В машине сидел какой-то штатский. Низко надвинутая на лоб шляпа не позволяла рассмотреть его лицо. Усевшись, Исии недовольно спросил шофера:
— Кто этот господин?
— Это русский офицер, господин генерал, — испуганно доложил шофер. — Для охраны по какому-то случаю. Это приказ господина начальника военной миссии.
— Простите, господин генерал, — заговорил на английском языке незнакомец. — Из лагеря «Хогоин» сбежало пять заключенных. В целях безопасности мне приказано сопровождать вас.
Голос незнакомца показался Исии знакомым.
— В отряд! — приказал Исии шоферу и откинулся на спинку сиденья. «Где я встречал этого субъекта? Он не русский». — Исии резко повернулся к мужчине и всмотрелся в его лицо.
— Ваш шофер знает английский язык? — спросил незнакомец.
— Нет! — машинально ответил Исии.
— Экселенс, вы можете выдать меня, сейчас жандармам, но это сделать никогда не поздно. Я просил бы выслушать меня, — проговорил незнакомец и приподнял шляпу.
В отсветах проникшего с улицы света Исии узнал это бледное самоуверенное лицо.
— Полковник Свенсон! — поразился он.
— Да, полковник Свенсон, — ответил тот.
— Как вы сюда попали? Я просто… — Исии недоуменно развел руками.
Полковника Свенсона он знал хорошо. В последней научной поездке в Америку они часто увлекались беседами о перспективах коммунизма, политике великих стран и будущности бактериологической войны. Восхищенные отзывы этого довольно умного, большой эрудиции полковника, льстили тогда восходящему Исии. «Что ему нужно?» — думал Исии.
Свенсон, словно прочтя его мысли, проговорил:
