– А что мы сделали с Ратибором? – издевательски крикнула ей прямо в лицо Алечка. – Та же самая участь ждет и тебя. Пошла прогуляться по зимнему лесу, а тут дикий зверь. Когда спустя какое-то время найдут твой изуродованный труп, то ни у кого даже не возникнет и тени сомнений, что это постаралось животное. На нас никто и не подумает!
Сашенька пыталась сопротивляться и кричала, но она была одна против двоих, и силы были явно неравны. Как ни яростно она сопротивлялась, но свет снова стал меркнуть у нее перед глазами. И она успела лишь подумать: меньше чем за сутки на нее покушаются уже третий раз. Сначала в лесу она угодила в ледяную ловушку и чуть не замерзла в ней. Потом ее пытался запустить в небо свихнувшийся маньяк, гоняющийся за ее любвеобильной тетушкой. А теперь душит Михаил.
Что же это такое! С этим нужно что-то делать!
И тут раздался оглушительный треск, дверь вылетела с петель и аккуратно легла на пол, а в проеме показался чей-то силуэт. Напрягая зрение, Сашенька вгляделась. Кто там? Друг или еще один враг?
– Илья!
Да, это был Илья! Ударом руки он отшвырнул кинувшуюся ему наперерез Алечку, а следующим ударом отправил в нокаут и Михаила.
Потом подхватил Сашеньку, которую уже не держали ноги, и деловито осведомился:
– Ты как? В порядке?
– Д-а-а-а…
Сашенька была потрясена, но Илья сразу стал давать объяснения, не дожидаясь, пока девушка придет в себя.
– Мы с Ратибором давно пытались выяснить, где они прячут лабораторию. Но они никого из посторонних в нее не приглашали и тщательно охраняли свой секрет. Конечно, мы подозревали, где может находиться лаборатория, но проникнуть внутрь нее нам тоже не удалось. А чтобы выхлопотать ордер на обыск в центре реабилитации, надо было обойти семейство Кулаковых. Им же что ни скажи, они моментально в позу вставали. Как это – нас смеют в чем-то подозревать? Михаил – святой человек, всем семейством делаем доброе дело, а нас еще и подозревают? Не позволим марать нашу фамилию всякими там обысками. Связи-то у них есть, вот и прикрывали до последнего.
– Они все знали? Генеральша с мужем?
– Не думаю. Просто доверились не тому человеку. Решили, если он им родня, то и обманывать их не будет. А оно, видишь, как обернулось. Михаил одной рукой ребят от наркоты вытаскивал, а другой им же ту наркоту и пихал. Не тут, нет, не настолько он глуп. Продавали дилеры уже в городе. Да оно бы ничего, может, и не вскрылось, он мог в своей лаборатории под прикрытием генеральши кашеварить и дальше, но угораздило его с Алечкой связаться и открыть ей свою тайну. Производство-то у него расширялось, один уже управиться не успевал, помощник ему был нужен, вот он свой выбор на ней остановил. Алечка же, не будь дурочкой, живо смекнула, что из лаборатории можно немножко товара умыкнуть и тут же между своими его и пристроить. Прямо в центре! До такого даже Михаил не додумался. Шифровалась Алечка, конечно, знатно. Никто и не догадывался, что это она всех желающих в центре товаром снабжает. Но подозрения все же появились насчет нее. У меня лично на подозрении было несколько человек. Но кое-какие мелочи заставили меня сделать выбор в ее пользу.
– И ты стал за ней следить?
– Да. Но как это сделать, чтобы не вызвать подозрений в первую очередь самой Алечки? Пришлось мне при ней сыграть влюбленного Ромео. И так это у меня хорошо получилось, что все нужные мне сведения я раздобыл. Но я то ли был неосторожен, то ли где-то прокололся, но только эти двое поняли, что за ними следят. На меня они не подумали, а вот бедняга Ратибор угодил в их лапы. Они пробили его данные, выяснили, кто его отец, узнали, что они с отцом виделись незадолго до того, как Ратибор оказался в центре. И сделали выводы, которые и привели к трагедии. Я тоже виноват. Напрасно с Ратибором сдружился. Все время вместе терлись, вот на него подозрения и пали. И еще нельзя мне было за два дела одновременно браться.
– За два дела? А какое же второе?
– Первое – это поиски лаборатории, которая могла поставлять наркотики на рынок города. А второе – это моя личная вендетта и поиски злодея, которого ты сегодня ночью могла видеть. Он ведь настолько обнаглел, что сюда к нам в центр даже осмелился сунуться. Так-то он в «Огоньках» завхозом устроился, там бы и сидел. Но нет, ему же на месте скучно было сидеть, ему мои нервишки нравилось дергать. Вот и заявился. Но тут уж я не сплоховал, отправился за ним по следам. Да он вперед меня действовал, Тамару Викторовну и трех ее сыновей в плен взял. И мне велел приехать, чтобы попытаться их спасти.
– То есть ты знал, что Тамара Викторовна приходится тебе бабушкой?
– Конечно. Это же по ее протекции меня Михаил в свой центр реабилитации принял.
– Так ты в центре вовсе не лечение проходил?
– И это тоже. С головой-то у меня конкретно нелады начались после всех этих манипуляций, которые наш милейший Глеб Михайлович со мной проделал. Но когда я тут очутился, то мое начальство решило использовать это для пользы дела. Обратились ко мне, конечно, неофициально, и я согласился им помочь.
– А Милорадов?
