Повернувшись к кухонному уголку, я внезапно заметил, что на оконной раме лежал маленький пожелтевший коробок спичек. Улыбнувшись, я подошел и взял его. Открыв коробочку, я увидел, что там было еще половина пачки. Радостно, что хотя бы чая я смогу выпить, я вернулся к буржуйке. Присев рядом с ней, я положил коробок сверху, после чего, переведя взгляд на горку дров, мысленно выбирал какие из них закинуть в буржуйку. Сделав выбор, который я считал оптимальным, я схватился за ручку буржуйки, повернул ее, чтобы открыть, и в тот же миг меня ослепил белоснежный свет, и словно в пылесос засосало в буржуйку через ее маленькую дверцу, скручивая и сжимая меня. Я чувствовал, как будто меня закручивало в спираль, когда руками выжимают тряпку, и затягивало вовнутрь.
Через несколько мгновений свет исчез, и я увидел, как летел головой вперед ровно в самый центр комода, который стоял напротив шкафа с дверью. Затормозить я никак не мог, поэтому принял удар на свою голову, лишь сжав глаза. От удара я потерял сознание, рухнув на пол перед комодом.
«Хранителям не рекомендовано использовать карман в личных корыстных целях.»
Пункт 13 «Руководства для
хранителей ключей Мерлина»
Придя в сознание, я с первого раза не смог открыть глаза. И вновь жуткая головная боль разрывала мою голову. Холодный пол, на котором я лежал, немного облегчал это чувство, но не исцелял вовсе. Попытавшись вновь открыть глаза, мне это все же удалось. Прямо надо мной стоял, склонившись, Иваныч, бьющий меня по щекам и шевелящий губами, только что он говорит, я поначалу не слышал.
Спустя минуту слух словно подключили к моему мозгу как беспроводные наушники к телефону, и я, наконец-то, услышал причитания Иваныча.
Схватив Иваныча за руку, ровно перед тем как он вновь хотел ударить меня по щеке, которая и так уже изрядно горела, я ворчливо произнес:
— Я в сознании! Хватит меня бить!
— Ну слава богу! — произнес Иваныч, вытерев испарину, образовавшуюся у него на лбу, свободной рукой.
— Едва ли можно упоминать бога после того места, где я был. Сомневаюсь, что в библии написано что-нибудь про эти «карманы». Я же в нем был, верно? — спросил я, поднявшись с пола и упершись спиной о комод, потирая горящий от удара о комод лоб.
— А что ты видел? — неожиданно резко собрался с мыслями Иваныч, и серьезным голосом с ноткой неподдельного интереса спросил он.
— Озеро, вокруг которого лес, за ним виднелись горы. На берегу озера стоял домик, — немного растерянно и задумчиво ответил я. Я решил пока не говорить Иванычу про горы, до которых невозможно добраться. Не знаю почему, но мне показалась эта идея верной. Раз он мне всего недоговаривает, значит, и мне следует сравнять счет.
— А ты молодец, выбрался из кармана всего часа за четыре, — с некой гордостью произнес Иваныч, поглядев сначала в окно, потом на часы у себя на руке.
— Есть причина для гордости? Я думал, что там застрял навсегда! Чертов выход оказался в буржуйке! — с недовольством и возмущением произнес я.
— Ну вообще-то ты прошел некое негласное посвящение. Я в первый раз пробыл почти сутки в кармане, прежде чем смог найти выход. Предыдущий хранитель был еще тот засранец, запрятал выход куда сильнее, чем твой дед, — с улыбкой и легкой ностальгией ответил Иваныч.
— Погоди? То есть ты специально меня туда отправил? — возмущенно спросил я.
— Ну, во-первых, ты сам туда зашел, не так ли? — с улыбкой спросил Иваныч, после чего продолжил, — я лишь дал тебе время найти дверь, ведущую в карман, все остальное — это твой выбор.
— Мой выбор? Думаешь, я знал, что эта дверь ведет в карман? — спросил я с явным возмущением, хотя внутри я был крайне не уверен в словах, ведь где-то в глубине я догадывался о назначении двери, прежде чем ее открыть.
Иваныч не ответил, лишь устало улыбнулся, словно распознал сомнения в моих словах.
В мгновение я вспомнил о том, что потерял ключ, и что об этом лучше сейчас рассказать Иванычу:
— Я должен признаться, я потерял…
— Ключ? — перебив, с улыбкой спросил Иваныч.
— Да, — расстроенным голосом подтвердил я.
— Ты его не потерял. Тот, кто их создал, предвидел, что они могут быть утеряны в карманах и поэтому сделал так, чтобы ключ не смог туда попасть.
— В смысле, а тогда где он? — удивленно спросил я, начиная оглядывать пол перед шкафом.
— Обычно неподалеку от места, где ты вошел в карман. Плюс у ключа есть маленькая особенность, помимо прочих. Он любит себе подобных, — с улыбкой произнес Иваныч и, поднявшись с пола, выдвинул один из ящиков комода, в котором тут же загремели ключи.
— Хочешь сказать, что он спрятался в ящике с ключами? — удивленно спросил я, поднявшись с пола и внимательно вглядываясь в гору ключей, лежавшую в ящике.
— А ты сам проверь, — с ухмылкой ответил Иваныч.