— Чего тебе надо? — спросил Иваныч, вышедший из подсобки, строго смотревший на девушку, сжимая крепко кулаки, с трудом сдерживая себя, чтобы не призвать клинок.
— Давайте все успокоимся, я пришла просто поговорить! — осторожно сказала девушка, сделав несколько шагов вперед.
— Стой, где стоишь, — источая злобу, прошипел Топор.
— Стою. Позвольте объясниться. Особенно перед тобой, Андрей, — произнесла Алина, медленно повернувшись ко мне лицом.
— Проваливай из моего бара! — выпалил Топор.
— Может, дадим ей объяснить причину своего прихода? Надо иметь смелость, чтобы одной прийти в этот бар, явно зная, что мы все здесь, — сказал я, пытаясь успокоить пыл Топора.
— Пускай скажет, что хотела, я не возражаю, — ответил Иваныч за столик Топора.
— Разрешите присесть с вами за стол? Не стоит, вероятно, говорить о наших делах на весь бар. Можем случайно нарушить кодекс и разгласить ненужную информацию, — продолжая держать руки возле груди, произнесла Алина, сделав несколько шажков украдкой в сторону стола Топора.
— Может, вы присядете за бар? Тут и я смогу с вами общаться, не отвлекаясь от работы, да и поприватнее, чем за столом в баре, — произнес я, наполнив стакан пивом, и поставил его на стойку, пристально смотря на Топора.
Вид пива Топора соблазнил, как и ожидалось, он встал из-за стола и прошел вместе с Иванычем к бару, усевшись на высокие деревянные барные стулья.
— Присаживайся с краю, руки держи на столе, — произнес Топор, покосясь в сторону Алины.
Девушка, улыбнувшись, подошла к бару и уселась на последний свободный стул за стойкой напротив меня.
— Говори, — сказал Иваныч.
— Я хочу извиниться перед тобой, Андрей, — сказала девушка, посмотрев на меня слегка виноватым взглядом.
— За что? — с наигранным удивлением спросил я.
— Я знаю, я поступила неправильно. Я заманила тебя в ловушку вместе с Самойловым, но пойми меня правильно. Отец убедил меня, что ты шпион, и, узнав, что мы учимся с тобой вместе, он попросил заманить тебя. Я знала, что денег у тебя хватит только на то кафе, в которое мы пошли, остальные были намного дороже, его я и предложила отцу для засады. Прости, я не называю тебя бедным, просто говорю, как есть, — словно оправдываясь, произнесла Алина.
— Да чего уж, я и сам лучше многих знаю, что далеко не богатый, — ответил я, протирая стакан. Одно из преимуществ работы барменом, которое я обнаружил за время работы — это монотонная успокаивающая протирка бокалов, сейчас она как нельзя кстати, чтобы помогать сдерживаться и не призвать клинок.
— Допустим, а чего ты сейчас пришла? Извиняешься за то, что напала на Андрея? — резким тоном спросил Топор.
— Ну, во-первых, да за это. Во-вторых, я поняла сегодня на собрании, что ты точно не шпион, это была лишь уловка отца для меня. Он до сих пор думает, что я маленькая девочка, которая ничего не соображает и мной можно просто так управлять, говоря, что делать. Он правда забывает, что я его дочь.
— Ну могла просто у меня это спросить, я бы ответил, — произнес я, смотря на бокал перед собой, не поднимая на нее глаз.
— Ну если ты поняла на собрании, что Андрей не шпион, то почему не сказала на собрании об этом? Почему не подтвердила слова Иваныча о нападении Самойлова на Андрея.
Девушка, покусывая губы, молчала.
— Потому что первый на меня напал не Самойлов…, - ответил я.
Иваныч и Топор удивились, потому что я их уверял, что напал именно Самойлов перед тем как отправиться на собрание хранителей.
— Андрей? — спросил Иваныч, глядя на меня.
— Ну извини, я не смог тогда сказать, что она на меня напала первая. Но я был уверен, что Самойлов в любом случае не станет отрицать и сваливать на Алину. Прости, Иваныч.
— Ладно, это уже неважно, — сказал Иваныч, поглядывая на меня и на Алину.
— Отец сказал мне молчать и ничего не говорить, а вы знаете моего отца, лучше не перечить ему, — сказала Алина, после чего посмотрела на Иваныча, добавила, — я виновата, из-за меня вам придется выйти в круг с Самойловым.
— Значит, так и должно было случиться, молодые должны жить, а старики умирать. Если бы ты сказала правду на совете, все могло выйти куда хуже… для тебя уж точно, — ответил Иваныч.
— Нет! Я виновата, тут мне себя никак не оправдать, но я пришла помочь.
— И чем же ты хочешь помочь? — спросил Топор.
— Самойлов недавно попал в серьезную драку на каких-то разборках отца. У него была сильно ранена левая нога. Как он сказал, она у него адски болит.
— Это интересно, надеюсь, это информация правдивая, — сказал заинтересованно Иваныч.
— Я клянусь, это правда, прошу поверьте, — оправдываясь, ответила Алина.
— Сложно тебе верить после того, что было, — фыркнув, ответил Топор.
— Спасибо за информацию, — сказал я, посмотрев на Алину.
— Это еще не все. Основное, почему я сюда пришла, это сообщить, что после боя в круге, в котором отец уверен, что победит Самойлов, он откроет охоту на тебя, — сказала Алина, смотря на меня.
— Так я ж не шпион! — пытаясь оправдаться, сказал я.
— Ну это ты знаешь, отец уверен в обратном.