Спортивного телосложения Самойлов свалился на землю от на первый взгляд весьма щуплого старика. Разозлившись, он перекувырнулся и вмиг вскочил на ноги. Иваныч, сорвавшись с места, успел добежать до столба в центре и укрыться за ним от Самойлова.
Самойлов остановился на месте, внимательно смотря на столб. Я заметил, как он сжимает кулак и, видно, копит энергию, чтобы выплюнуть огненный язык пламени. Клинок Самойлова начал пылать все сильнее с каждой секундой. Самойлов вскинул руку, держащую клинок, вперед, направив его на столб. Из острия клинка предварительно за долю секунды скопившись, сгусток, похожий на магму, которую я видел в одной из передач о природных явлениях, вылетел на огромной скорости, разбившись о вековой каменный стол, спалив дотла весь мох, который на нем нарос, видимо, с последнего боя в кругу.
Краем глаза я заметил, что Добровольский поглядывал на меня, не скрывая улыбки. Я не стал удостаивать его своим взором, а продолжил внимательно смотреть бой, стоя у края круга рядом с Топором и другим хранителем, женщиной возраста Довлатовой, которую я, кажется, видел на собрании среди хранителей в зале. Видно было, что ей все это не нравилось, она подрагивала от каждого выпада Самойлова и особенно от сгустка магмы, который он направил в столб.
Внезапно я отвлёкся от разглядывания женщины, когда из-за столба, где прятался Иваныч, появилась его голова, после чего он резко выпрыгнул и, направив клинок на Самойлова, в пятнадцати метрах от себя выпустил языки пламени, которые сложились в голову мифического дракона, которая в мгновение извергла поток пламени из своего рта, направленного ровно в Самойлова.
Он спрятался за своим клинком, который в мгновение прирос с обеих сторон вдоль лезвия в размерах, пламенем образовав своеобразный огненный щит.
Пламя дракона, выпущенное Иванычем, никак не могло преодолеть щит Самойлова. Запал дракона закончился, и он развеялся в воздухе.
— Ничего себе! Я не знал, что Иваныч так умеет, — шепотом воскликнул я, обращаясь к Топору.
— Иваныч — старый воин и опытный хранитель. И, кстати, в отличие от многих эта — не первая его дуэль.
— Круто, он не говорил. Кстати, а чем укрылся Самойлов?
— Любой клинок старается защитить своего хозяина, и каждый способен сотворить щит в зависимости от своего вида. У него огненный клинок, соответственно, и щит огненный. Особенность огненного щита, что он не просто защищает своего хозяина, но и поглощает мощь атакующего, после чего сможет сконцентрировать ее для атаки, поэтому Иванычу нужно будет теперь постараться увернуться! Ответный удар Самойлова будет мощным!
— Черт! — нахмурив брови и щелкнув зубами, с досадой сказал я.
Самойлов поднялся с земли, отряхнувшись, перекинул из руки в руку и обратно клинок, после чего сплюнул и уверенно направился к столбу, за которым вновь прятался Иваныч. Самойлов не готовился к атаке, а просто шел к Иванычу. Подойдя к столбу, он остановился в нескольких метрах и аккуратно начал обходить его справа. Заметив рукав Иваныча, Самойлов сделал несколько быстрых шагов вперед и рубящим ударом пронесся по рукаву пиджака Иваныча и словно острейшим ножом отсек кусок ткани, но издалека казалось, что руку не зацепило.
Отпрыгнув, Иваныч оббежал столб с другой стороны и, решив застать врасплох Самойлова, нанес ему удар сзади, но тот был готов к такому, успев выставить свой клинок, отразив удар Иваныча. Схлестнувшиеся в противостоянии клинки искрили, отбрасывая в стороны языки пламени. Самойлов был физически сильнее и продавливал Иваныча. Его клинок был уже вблизи лица старика, и было ясно, что его пламя обжигало лицо Иваныча. Вероятно, понимая, что проигрывает физически, Иваныч быстро перекатился назад и, направив клинок на Самойлова, выпустил из него сгусток магмы размером с дыню колхозницу.
Атака Иваныча была блокирована щитом, который создал клинок Самойлова.
— Почему он не атакует? — тихо спросил я Топора.
— Видимо, копит силы для мощного, боюсь, даже смертельного удара. Надеюсь, Иваныч убьет его раньше, чем тот успеет его применить, — за долгое время в голосе Топора прозвучало беспокойство.
Отразив атаку Иваныча, Самойлов, сорвавшись с места, побежал на Иваныча и в нескольких метрах до него прыгнул, замахиваясь клинком. Иваныч не успел ничего сделать, кроме как попытаться блокировать удар Самойлова, но сила удара была слишком мощная. Самойлов пробил защиту Иваныча и ударом колена повалил на землю.
Перехватив клинок Самойлов, замахнувшись, хотел было воткнуть клинок в грудь старика, но Иваныч резко увернулся, скинув с себя усевшегося Самойлова, после чего лежа на земле, замахнувшись, ударил ногой ему по ребрам. На удивление удар был сильным настолько, что в воздухе раздался хруст. По-видимому, было сломано ребро, а может и не одно.
Самойлов скорчился от боли, но вмиг поднялся, попытавшись снова атаковать Иваныча. Видимо, вспомнив слова Алины, Иваныч поднялся с земли и, быстро увернувшись от удара, контратаковал своей ногой ровно в колено левой ноги.