Тогда много было разговоров и предложений: начиная от самоубийственных, идти штурмом на Цитадель Ведьм; до осторожных, подождать ещё немного, авось всё образуется. Но разработка ведьмы по проникновению в другой мир, вытащенная из памяти Сэнди, заинтересовала всех. Это могло быть как спасением для их мира, так и его окончательным уничтожением.
У проклятой было много расчётов, но нигде не встретилось ни строчки, что она собиралась делать в новом мире. По её записям можно было предположить всё что угодно. От уничтожения их мира и поглощения высвободившейся магии, до спасения мира и всех живущих в нём.
Вот только зная злобный характер тварей из Семёрки, в доброе, чистое и светлое не верилось никому. Тогда-то и было принято решение следить за каждым её шагом. Лучшие разведчики, рискуя жизнями, не спускали глаз с ведьмы. А Сэнди собирал крупицы сил, чтобы последовать за проклятой и выяснить её планы. Он был бы счастлив, если бы Семёрка ведьм свалила куда угодно, хоть в бездну, и оставила в покое его больной и умирающий мир в покое. Они смогли бы спасти его, объединив все расы и отдав жизни на восстановление. Если бы ему сказали, что, отдав свою жизнь, он спасёт свой мир и живущих в нём, он отдал бы не задумываясь. А пока это ему отдавали жизни и магию.
Первой пришла его бабушка. Сэнди был рад ей и не ожидал того, что произойдёт. А она, не слушая его возражений, просто насильно отдала ему все свои силы, умерев на его руках. В его ушах до сих пор набатом громыхал её шёпот: “Спаси всех, ты был рождён править и брать ответственность на себя. Ты всё сможешь, у тебя получится и не жалей ни о чём. Я прожила долгую жизнь. Пусть теперь она послужит через тебя всем”. После этого так и повелось. Старики шли к нему, отдавая крохи своей жизни и магии.
За дарованную жизнь надо держать ответ. Ты не имеешь права подвести тех, кто подарил тебе свои силы и годы жизни. Сэнди встряхнулся. Где-то очень глубоко в сердце была печаль. Встретить достойную спутницу жизни и не иметь права мечтать о ней, это очень больно. Пусть Вира будет счастлива. Он отпустит девочку. Его же ждёт только смерть. Так зачем тащить с собой ту, что может быть счастлива с другим?
Сэнди долго сидел на дереве, пытаясь вытащить из памяти любую информацию, чтобы понять, что могла готовить ведьма. К сожалению, гримуар в той вылазке в её замок они тогда так и не нашли, а из знакомых заклинаний и алхимических сигнатур ему ничего не подходило. Оставалось следить за ведьмой днём и ночью, стараясь не оставлять ни на минуту её одну. Приняв это решение, парень спрыгнул с толстой ветки и, приняв облик одного из адептов, неспешно направился к зданию академии.
В дверях он столкнулся с ректором, торопящимся по делам. В это время шли занятия и потому он не ожидал встретить праздно шатающегося адепта. Нибин удивлённо глянул на парня.
— Адепт, почему вы не на занятиях?
Не ожидавший такого вопроса, весь в своих мыслях Сэнди притормозил, лихорадочно подыскивая ответ.
— Меня посылали… — на ум ничего не приходило, но торопящийся Нибин не заметил заминки.
— Хорошо. Тогда быстрее возвращайтесь на занятия.
— Да, конечно, — скомкано кивнул Сэнди и рванул вверх по лестнице.
Задумчиво посмотрев ему вслед, Эхор мгновенно забыл про парня, торопливо направляясь в зверинец. Мэтр Пилий истерил, его любимый петух отказывался есть, и мужчина слёзно просил прийти Эхора, надеясь, что, возможно, тогда его любимчик хотя бы немного станет веселее и соизволит откушать предложенное лакомство. От воспоминаний о несносной птице скулы у Нибина сводило от желания её придушить, а не упрашивать поесть. Если бы не Пилий, которого невозможно было заменить, то Эхор уже давно бы так и поступил.
Завернув за угол, мужчина остановился как вкопанный. В стене находилась дверь. Зная своё детище, как пять пальцев, ректор не ожидал увидеть ничего подобного. Вспомнилось, что именно здесь крутилась странная фигура в начале учебного года. Все инстинкты дракона кричали об осторожности. Прислушавшись к ним, Эхор рывком открыл дверь, прячась за стеной, но нападения не последовало, и мужчина почувствовал себя идиотом. Оглянувшись по сторонам и поняв, что его никто не видел, вошёл в открывшееся помещение.
Оно оказалось пустым и чистым. Вывод напрашивался сам собой: здесь что-то скрывали, а когда пришло время — забрали и прибрались, чтобы не осталось следов. Присев на корточки и внимательно оглядев пол, подушечками пальцев провёл по нему.
— Это что ты там нашёл? — голос Мара отвлёк его.
Но прежде, чем встать и ответить, Нибин поднёс пальцы к глазам, осматривая их. Они оказались совершенно чисты, только еле уловимый запах тревожил тонкий нюх дракона. Покопавшись в воспоминаниях, он нашёл на что это походило. Так пахла гончая, которая пропала из зверинца. Молнией мелькнула мысль: неужто именно здесь всё это время её держали? Цепко оглянувшись по сторонам и ничего не обнаружив, поднялся, брезгливо вытирая пальцы белоснежным носовым платком и оборачиваясь к другу.
— Раэль, кажется, у нас проблемы.
***
