Глеб оглянулся на команду. Скипидар молчал уже который час, смотрел вяло и двигался рывками, как заведенный механический болванчик. Инга от усталости почернела лицом. Идти с ними обратно? Форсировать бездонный овраг и на той стороне искать другой маршрут?
- Рискнем! – решился Глеб, изменяя всем неписанным правилам.
Они нарубили жердей и двинулись.
Рамзес шел первым, выбирая путь. Чувствовал под собой тонкий слой дерна, а под ним мутные глубины чего-то непонятного. Провалиться означало умереть, а как пройти болото, не замочив ног?
Испытанная тактика след-в-след не срабатывала. Инга ступала в едва обозначенный Глебовым ботинком отпечаток и продавливала его. Варан рисковал еще больше, а Скипидар, шагающий словно зомбированный бегемот, вообще балансировал над пропастью. Глеб приказал им взять в сторону, но безопаснее участковому не стало. Варан просто забыл о нем, шел медленно и осторожно, вытянув длинную шею. Будто вынюхивал дорогу.
Первые сто метров дались неимоверными усилиями, потом стало легче. Психологически легче, новички привыкли к опасности. Твердый слой под ногами наоборот истончился, поверх него стали встречаться лужицы с подозрительным черным налетом, маслянистым как мазут.
- Смотреть внимательно! – свирепо рявкал Глеб, но его слушались плохо, сказывалась усталость.
В лужицу вляпался Скипидар. Шагнул неверно, поскользнулся и переступил. Прямо в воду, или что там стояло в луже. Замер, изумленно глядя, как плеснувшая на ноги черная клякса разъедает ткань милицейских брюк и кожу ботинок. Как сноровисто ползет вверх.
- Стоять! – Глеб перехватил Ингу, хотел за плечо, но получилось за волосы; Рамзес едва уцепил короткий ежик.
Варан сам шарахнулся от участкового.
Рамзес повернулся к Скипидару.
- Витя! – позвал он, и участковый глянул вполне осмысленно. – Шагни вперед… теперь разувайся и снимай штаны… Живо! Руки береги… Подцепи стволом!..
Скипидар пришел в себя. Подвывая от ужаса, сбросил ботинки. Чуть дольше боролся с брюками.
- Оставайся там! – Глеб включил фонарь.
Яркий круг выхватил из полутьмы волосатые Скипидаровы ляжечки, колени и уперся в ступни. Плоть стекала с них мутной жижей, образуя под человеком еще одну лужицу с налетом. В луже, словно кувшинки в пруду, плавали ногти.
- Ноги-то! – всхрапнул Скипидар и засмеялся, показывая коронки. – Ноги-то!..
Стриж беззвучно завыла и снова дернулась.
– Штанов не жалко, – сказал прапорщик, отдуваясь, – а ботинки неношеные, жалко… - он поперхнулся и замолчал.
Двигаться Скипидар, похоже, не мог; когда оголились кости, начал проваливаться. Он смотрел отстраненно на ползущую вверх, к паху, груди и лицу, едкую жижу и беззащитно улыбался. Иногда заглядывал поочередно в лица ходоков.
- Дай карабин, - велел Рамзес мертвым голосом. – И отвернись.
Инга посмотрела диким взглядом и сняла с плеча «Тигра». Она не отвернулась, когда Рамзес навскидку, выстрелом в голову, без лишних слов и трагических прощаний убил Скипидара. Участковый, продолжая улыбаться, опрокинулся на спину. Он умер мгновенно, тоскливое изумление так и осталось в заливаемых мелким дождем глазах.
Рамзес сунул оружие обратно, больно ударив Стрижа в ладони.
- Вещей с тела не брать, - глухо приказал он. – Замечу – убью. И не расслабляться!
Развернулся и размеренно зашагал.
- Оборотень! – прошипел Варан ему в спину. – Не человек! Мочканул как окурок притушил, сволочь… «Калаша» взять что ли? С одним ведь стволом идем.
Инга едва подавила желание выцарапать ему глаза.
5
В темноте вышли на провешенную трассу. Идти ночью болотом было чересчур даже для Рамзеса, но сделать привал ходоки не могли. Посреди болота черная вода стояла не лужами – озерами, и Рамзес уже смирился с мыслью, что придется возвращаться.
Но прошли! Без потерь, незавидная участь Скипидара подстегнула вымотанных путешественников, заставила удвоить осторожность.
Человецы, философствовал Ворон, жить зачем-то любят. Когда безнадега - особенно.
Глеб, впрочем, не обольщался. Скоро усталость возьмет свое, и встречать этот момент лучше на твердой земле.
- Шабаш! - были первые слова Рамзеса после милосердного выстрела. – Вон за теми деревьями путь на Стройбат.
На карту он не смотрел, ориентировался по одну ему ведомым приметам. Стриж так и не поняла, что изменилось. Чем этот лес, который уже трасса, отличается от того леса, что еще болото?
- Недалеко, - ответил сталкер на незаданный вопрос. - Километра полтора до пятна.
Инга повалилась на спину и задрала гудящие ноги к невидимым за тучами звездам.
- Костра не нужно, - прохрипел уставший до кругов в глазах Варан. – Холодного пожрем, а то здесь ходят.
- Ладно, - согласился Рамзес. – И спать. Я дежурю первым, ты сменишь, потом до утра Стриж. Слышишь, птица?
Птица с грохотом уронила ноги на землю.
«Заснула, - понял Глеб. – Загнали девчонку!»
Он перебрался к Инге. Сковырнул с ее ног ботинки, размотал скатку армейского спальника и упаковал напарницу.
- Что, Рамзес, нравится? – голос Варана истекал сальным любопытством, Глеба аж передернуло. – Ничего девка, кругложопенькая. Только стервоза. Прыгай к ней в мешок, я покараулю…
