Вестник прыгнул ещё на двадцать пять световых лет, выходя из «вакуумной трещины» в непосредственной близости от ослепительного пламенного вихря, окружавшего центральную чёрную дыру галактики. Звёзды здесь поредели, так как многие из них давно были разорваны приливными силами и втянуты в дыру. Но свет бушующего потока газа, представлявшего собой остатки разорванных звёзд, падающих при вращении в дыру, был так неистов, что даже пропущенный к «Дерзкому» через фильтровые системы Вестника был трудно переносим. Приходилось и крейсеру включать свои фильтры, чтобы виомы не слепили людей внутри.
Нимфанского Вестника по-прежнему нигде не было видно, зато Копун обнаружил неподалёку две небольшие чёрные дыры, окружённые слабо светящимся колечком газа, между которыми оказалась планета, и по тому, как заволновался Иван, Вересов понял, что найден какой-то необычный объект.
– Наш друг говорит, – торопливо сообщил оператор, – что этого не может быть.
– Чего? – не понял Вересов.
– Планета не должна находиться в таком неустойчивом положении долгое время, наступит момент, когда какое-то гравитационное поле втянет её в дыру. А она существует!
– Допустим, и какой вывод?
– Планету поддерживают между дырами какие-то силы, скорее всего, она – искусственный объект. Или на ней установлены генераторы гравитации. Копун предлагает осмотреть объект детально.
Вересов заколебался. Уверенности в необходимости изучения необычной планеты у него не было, но, с другой стороны, на планете могло остаться от прежних хозяев ценное оборудование и даже оружие, а находка последнего могла стать для командования СКБ убедительным свидетельством ненапрасности полёта «Дерзкого» в ядро галактики.
– Пусть не прекращает поиски Шнайдера.
– Копун может делать много дел одновременно.
– Хорошо, давайте посмотрим на находку.
– Крейсер готов, – подытожил переговоры капитан Бугров.
До пары чёрных дыр массой всего в три и пять солнечных, между которыми и «застряла» обнаруженная Копуном планетка, оказалось чуть больше трёхсот миллиардов километров. Примерно на таком расстоянии от Солнца находилось облако Оорта, содержащее множество рыхлых снежных комков, обломков льда и достаточно крупных планетоидов, отдельные из которых достигали размеров Плутона. Копуну понадобилось всего несколько секунд, чтобы добраться до ближайших окрестностей пары дыр, вращавшихся, в свою очередь, в пыльно-газовом кольце вокруг центральной чёрной дыры Млечного Пути.
Форма планеты удивила: она представляла собой не сферу, а эллипсоид длиной в шесть тысяч километров и диаметром в полторы тысячи километров в самой широкой его части. Звёзд в непосредственной близости от планеты не было, но её поверхность освещалась не хуже, чем земная днём: светилась спираль газа и пыли в форме восьмёрки, падающих на чёрные дыры, а звёзды вокруг добавляли своего света, так что дополнительное освещение не требовалось.
Планетоид не имел атмосферы, и первый же беглый осмотр его поверхности выявил остатки инфраструктуры, доказывающие наличие в незапамятные времена разумной жизни.
– Запускаем дроны, – решил Вересов.
– Подождите, пусть Копун первым обследует планету, – предложил Ломакин. – Его системы наблюдения совершеннее наших. Дроны, да и катера можно будет послать вниз после того, как будет обнаружено что-нибудь стоящее внимания.
– Мы не помешаем друг другу, а задокументировать обследование обязаны.
Иван помолчал несколько секунд.
– Копун даёт добро.
– Запускайте, – обратился Вересов к Бугрову. – И если это не затруднит нашего друга, пусть включит общую систему визуального обзора.
Спустя пару мгновений синий купол неба над парком и крейсером превратился в космическую бездну, пробитую лучами бесчисленных солнц. Стали видны вихри раскалённого светящегося газа, обвивающие недалёкие «провалы пространства» и складывающиеся в горизонтальную восьмёрку – знак бесконечности. Видимо, Ломакин пообщался с Вестником, и звёзды притушили свой блеск, а эллипсоид планеты между чёрными дырами стал виден отчётливее: «вселенолёт» приблизился к нему на расстояние не больше тысячи километров и пошёл по кругу.
Крейсер метнул три беспилотника, подхваченные векторными полями «вселенолёта» и вышедшие на орбиту ниже той, которую занял сам Вестник. Включились виомы обзора дронов. Вересов невольно ощутил лёгкое волнение, как перед боевой операцией. Всё-таки они находились очень далеко от Земли и Солнечной системы и первыми из людей наблюдали звёзды ядра галактики и сооружение древнего разума, уцелевшее со времён вселенской войны.
