Из зала доносится гул. Кажется, зрители начинают собираться. Я хочу выйти на сцену и посмотреть на них, но Маша просит оставаться на месте, чтобы никто не расходился. Я разочарованно вздыхаю и сажусь обратно на стул. Радует, что ждать нам не долго. Мы выступаем самые первые, а потом можно будет спуститься в зал и посмотреть весь концерт.
Я кидаю взгляд на настенные часы и тут же слышу, что концерт начинается. Ведущие громко и чётко читают свои речи, а мы дружно выбегаем закулисы и выстраиваемся там в нужном порядке. Маша в очередной раз произносит напутственные слова, просит внимательно слушать музыку и чувствовать её. Я встряхиваю руками, чтобы снять напряжение. Тяну шею.
Музыка начинает играть громко. Мы выходим в центр сцены. Уголки губ тянутся вверх. Заученные движения сами рвутся наружу в нужным момент. Мне остаётся лишь поддаваться им. Я смотрю в зал. Сначала на самые дальние ряды, но постепенно спускаюсь к первым. Преподаватели и другие сотрудники университета внимательно наблюдают за нами. Я медленно прохожусь по ним взглядом и вдруг замечаю его. Даниил Александрович со сложенными на груди руками сидит прямо напротив меня. В его глазах так и читается: «Делает все, лишь бы не учиться». Сжимаю зубы и беру себя в руки. Я не могу позволить ему и своим эмоциям завалить танец. Подхожу ближе к краю сцены и собираю всё своё внимание, чтобы не свалиться в зал. Стараюсь не смотреть на преподавателя. Он только сбивает. Но краем глаза замечаю, как Даниил Александрович встаёт. Почему? Зачем? Набираю ртом больше воздуха и кружусь. Он уже почти у двери. Как он может уходить именно сейчас? Это невежливо и… Обидно. Мне больше не хочется танцевать. Если можно было бы, то я бы всё бросила и прямо сейчас же убежала, но нужно довести дело до конца. Я не могу подвести Машу и остальных. Почему же он ушёл?
Совсем погрязнув в своих мыслях, я и не замечаю, что происходит за спиной, а, когда наконец-то обращаю на это внимание, то ничего уже не могу сделать. Несколько новеньких сбились, кажется, ещё давно и никак не вольются обратно. Маша пытается им что-то сказать, но те совсем теряются, а я бросаю всякие надежды закончить танец хорошо. Теперь могу лишь сделать всё, что зависит от меня.
Звучат финальные аккорды, но я слышу лишь гонг, после которого Маша набросится на непутёвых танцоров. Зал взрывается аплодисментами, но это притворство. Тут нечему хлопать. После поклона мы заходим закулисы, и начинается разбор полётов. Маша чуть ли не силой заталкивает нас в подсобку и собирает в углу. Её брови сведены к переносице, а руки упёрлись в бока.
— Что случилось? — проговорила она спокойно, но я вижу, что Маша сдерживается изо всех сил.
— Я сбилась буквально на секунду.
— А из-за неё сбилась я.
— Я тоже.
Первокурсницы щебечут словно птенцы, надеясь избежать гнева матери-птицы, чтобы не вылететь из гнезда. Я складываю руки на груди и упираюсь плечом в стену, наблюдая за ними. Танец провален. Это плохо. Но Маша как-то слишком уж злится из-за этого. Её щеки и шея, кажется, краснеют, а голос становится всё грубее и грубее.
— Так, хватит, — прерывает она это бессмысленное лепетание и падает на первый попавшийся стул. — Это конец.
Все замолкают, глядя на неё. Я слегка отталкиваюсь от стены и подхожу ближе. Конец чего? Миллион вопросов крутится в голове, но решаюсь задать лишь один:
— Ты о чём?
— Это уже не важно, — тихо проговаривает Маша, запустив ладонь в волосы. — Идите в зал и посмотрите концерт.
Вся группа неуверенно кивает и направляется к выходу, но я остаюсь и сажусь рядом с ней.
— Объясни.
— Наш кружок закроют.
— Почему это?
— Никто не хочет к нам идти, сама видишь. Я пообещала деканату идеальное выступление, чтобы нам дали ещё один шанс, но теперь всё кончено.
Я сжимаю губы и нервно сглатываю. Маша же громко и тяжело вздыхает. Мы замолкаем. Не могу подобрать подходящих слов. Они не могут закрыть единственный танцевальный кружок в университете. Стискиваю зубы, но вскоре наконец-то отвечаю ей:
— Мы что-нибудь придумаем. Попросим ещё один шанс. Прорекламируем кружок. Пригласим больше людей.
Я буквально вываливаю на неё все свои идеи, но Маша лишь тихо слушает. Неужели она потеряла надежду? Этого нельзя допустить.
— Маша, — пытаюсь привлечь её внимание, чтобы добиться хоть чего-то. — Ты меня слушаешь?
— Да-да, — еле слышно отзывается она. — Пойдём просто посмотрим концерт? Я сейчас не хочу думать об этом.
Я разочарованно вздыхаю, но всё же соглашаюсь с ней.
Громкая музыка снова раздаётся со сцены. Знаменитый в нашем университете дуэт представляет свою новую песню. Мы садимся в самом последнем ряду. Голоса певцов заполняют всё пространство. Я пытаюсь вслушаться в слова, проникнуться смыслом, но голова занята совсем другим. Даже прекрасное вступление не может перетянуть внимание на себя, поэтому я лишь жду, когда музыка стихнет, чтобы выйти в коридор. Я же не Даниил Александрович, чтобы уходить прямо посередине номера.