Молодой журналист Илья никак не может выбросить из головы харизматичного летчика по имени Роман Добронравов. Виделись они всего один раз, но за те пятнадцать минут Илья едва не истек кровью, совершил камин-аут, почти потерял работу, да еще и влюбился. Спустя три года он снова едет на базу пилотажной группы "Соколы", чтобы взять у Романа интервью. Илья не знает, вспомнит ли его Рома, не знает он и того, что эта встреча изменит его жизнь навсегда. Если Илья будет достаточно храбрым, чтобы не повторять прежних ошибок, если судьба будет к ним достаточно благосклонной.Содержит нецензурную брань.
– Саш, успей минут за пять, ладно? – без малейшего намека на понимание попросил Илья у водителя.
Услышав, что тот «постарается», он нажал на сброс и засунул смартфон в карман.
Вместе с оператором Васей они вышагивали по тропинке, идущей параллельно со взлетно-посадочной полосой.
У одного на плече сумка с камерой, а в руке штатив, у второго – радиомикрофон в руках и жетон с аккредитацией.
Илья надеялся заснять один из своих лучших репортажей (даже если придется пожертвовать ушами), тем более что темой авиации он увлекался лет с двенадцати. Правда, со съемками у них категорически не ладилось. Вася вообще, вон, забыл карту памяти в офисе. Будущее репортажа Ильи ныне висело на волоске, точнее, зависело от скорости шофера, который доставлял им флешку.
До выступления «Соколов» оставалось минут десять.
Илья был сам не свой с этими нервами: то и дело мял рукава рубашки, застегивал и расстегивал пуговицу под горлом, а главное, никак не мог сосредоточиться на вступительном тексте для сюжета.
– Слушай, ты, наверное, уже иди туда, – махнул он перед лицом Василия, – к дороге, чтобы побыстрее флешку взять.
– Ага, так и сделаю.
– Водителя сюда не пустят. Штатив оставь, камеру тоже, я посторожу. Иди. И пожалуйста, побыстрее, – взмолился Илья.
Вася лишь махнул рукой. Не мужик, а кремень, казалось, заминки даже не заметил. Впрочем, подумал Илья, глядя Василию вслед, мама примерно так и говорила: мол, ты своими нервами что-то изменишь или как? Илья знал, что нет, но едва ли не дрожал под пронизывающим ветром. Лишь бы они успели, лишь бы успели…
Чтобы хоть чем-то себя занять, Илья надумал разложить штатив. Педантично опустив его на траву, он вытянул верхнюю часть с площадкой и попробовал выставить треножник. Однако ножки Илья не зафиксировал, те сложились обратно, саданув ему по руке.
– Срань.
Илья вытащил поврежденный палец с каплей крови.
– Явно не мой день, – прошептал он, суетливо роясь по карманам в поисках платка, хоть чего-нибудь подходящего.
Подняв голову, Илья встретился глазами с пилотом в бежевом комбинезоне и со шлемом под рукой.
Илья смутно припоминал его лицо, перед ним стоял самый молодой и симпатичный из «Соколов».
Такое лицо грех забыть, если честно. Соломенные волосы, глаза как сапфиры, а улыбка напрочь дух вышибала.
– Давай посмотрю, что там у тебя, – кивнул на руку тот.
«Роман», – Илья вспомнил имя, но в ответ так ничего и не сказал. Его немного заклинило на том, что этому ходячему сексу из авиации было дело до его увечья. Да Илье по жизни внимания от красивых парней доставалось значительно меньше, чем этому пальцу.
– Эммм, да все в порядке…
– Так и кровью истечь можно, – Роман схватил его за запястье, рассматривая ладонь так и эдак.
Кровь продолжала капать с такой скоростью, как будто ей за это платили.
– Ты оператор? – спросил Рома. – На авиашоу приехал?
– Ага. То есть, нет, я журналист, оператор за флешкой ушел, которую мы забыли в офисе и… Ну, он пошел к дороге, а флешку нам привезет водитель из офиса. Должен уже подъезжать…
Роман едва заметно нахмурился.
«Да заткнись ты, выглядишь как идиот», – одернул себя Илья.
– Короче, сегодня не мой день.
– Я слышал, – он отошел на шаг, оставив руку Ильи в покое. – В двадцати метрах медпункт. Могу провести.
– Зачем?
– Пойдем, говорю, – Роман забросил его сумку на плечо, взял штатив, еще и подтолкнул Илью плечом.
Господи Боже.
Илье не верилось, что Роман вроде как за ним ухаживал. Сумку-то нес!
Медицинский пункт находился с другой стороны полигона, так что пробираться к нему пришлось сквозь толпу возбужденных гостей. Вслед за ними вынырнула охраняемая зона с прозрачным заборчиком, куда посторонних не пускали. Крики сменились тишиной.
– Не беспокойся, авиашоу не пропустишь, хорошо, если мы через полчаса взлетим, – он втолкнул Илью в медицинский блок. – Марина Сергеевна, привет, я вам нового раненого привел.
– Ничего, раненого спасем…
Пока заботливая женщина с седыми завитками отмачивала палец Ильи в спирте, Роман прохаживался от стены к стене.
Он был из той породы везунчиков, которые на фотографиях получались прекрасно, а в жизни оказывались еще в десять раз лучше. И форма на нем сидела как влитая, вырисовывая все изгибы и выпуклости. Сглотнув, Илья посмотрел себе под ноги.
– Почти готово, – сказала медсестра, наматывая ему на палец бинт. – Теперь точно готово. Аккуратнее, хорошо?
– Я Илья, спасибо вам огромное.
– Рому благодари, это он тебя провел через периметр, – то ли серьезно, то ли в шутку уточнила она.
На улице, щурясь от солнца после палатки, Илья все-таки решил сказать спасибо и ему тоже, чтобы неблагодарным мудаком не выглядеть и – если сильно повезет – затеять какой-нибудь ненавязчивый разговор. О самолетах он многое знал, поддержать профессиональную беседу не было бы проблемой.
– Перестань, ерунда.
«Скромный, неразговорчивый», – кивнул Илья.
