Роман перевернул Илью на живот, сразу же проникая в него пальцем. Растянутого и расслабленного после ночи.
– Тебе нравится? Покажи, как тебе нравится…
Илья приподнял ягодицы навстречу пальцу.
Возможно, Рома бы еще долго держал отношения в секрете, но они с Ильей все-таки прокололись. Где-то не были достаточно наблюдательными, не заметили и в итоге не удержали отношения в тайне. Рома приехал к нему на следующий день с одной единственной сумкой и сломанным носом. Илья до сих пор помнил, с какой дрожью, с какой любовью он обнимал его в коридоре на полу в тот день.
– Люблю тебя, – прошептал Рома ему в ухо, медленно входя.
– И я… Тебя…
Шесть месяцев Рома не поднимался в небо.
Он искал работу, хоть как-то связанную с самолетами, понимая, что вернуться в «Соколы» ему не позволит авторитет отца.
Повезло!
Местной летной школе понадобился инструктор.
Романа взяли после нескольких тренировок, взглянув на внушительный послужной список, увидев профессионализм и, возможно, осознав, что в прошлом он едва не стал телезвездой. В школе «Орион» он и работал по сей день, а Илья в свободные минутки заходил, иногда приносил обед, иногда просил покатать на самолете, «как в тот раз». «Соколы», к слову, общаться с Ромой не прекратили. Многие, хотя и не сразу, написали ему слова поддержки, однако для Ромы более весомым было то, что они промолчали тогда, когда он нуждался в друзьях сильнее всего.
Когда страсти улеглись, начальство предложило ему вернуться.
«Нет, страница закрыта», – таков был ответ Романа.
– Тебе хорошо?
– М-м-м, – Илья сильнее сжал пальцами руки Ромы по бокам от своей головы. – Сделай так еще раз, о да…
Илья наслаждался присутствием Ромы в своей жизни каждый божий день. Он научился говорить о чувствах открыто и решительно, а история их любви, наконец, завертелась в приемлемом темпе. Слишком много времени они потеряли из-за нерешительности и сомнений, что бы там Роман не говорил. Потеряли месяцы, за которые могли бы сблизиться и узнать друг друга, вплоть до самой незаметной привычки размешивать сахар в чае по часовой стрелке.
Илья так и сказал Роме, когда зашел разговор о совместном жилье – он больше его не отпустит.
И не отпустил.
Хотя Рома и не рвался никуда.
Лежал на нем довольный, выводя на спине узоры. Никто из них никуда не рвался. Зачем? Если жизнь – здесь и сейчас – наконец, стала прекрасной и полностью соответствовала их ожиданиям.
Спасибо Vestswein, она сделала текст лучше.
