Подруги обнялись, защебетали обо всем сразу. Когда-то обе работали в одном мебельном магазине: Лиза – продавцом-дизайнером, как и сейчас, а Татьяна – администратором: у нее имелось экономическое образование, и она была на пять лет старше Лизы. Но позже, когда у Тани появился проблемный ребенок, ей пришлось уволиться и работать на фрилансе дома. Теперь она разрабатывала заказчикам сайты. Отец же Димасика сразу исчез с горизонта, как узнал о диагнозе сына.
Гуляя в ближайшем лесочке, подруги обменивались последними новостями, а мальчишка резвился на свободе: вскарабкивался по смолистым ветвям на сосну, ворошил палкой муравейники, залезал на огромные валуны, поросшие седым мхом.
Вернувшись домой, подруги принялись стряпать на летней кухне под навесом. Блюда задумали вегетарианские, так что пришлось повозиться: в четыре руки мыли, чистили, шинковали и тушили овощи. И все это время не спускали глаз с Димасика. Он крутился у колодца, склонялся по пояс над его цементным кольцом, пытался достать воду и упустил ведро. И дабы избежать худшего сценария, мальчишку загнали в дом. Угомонился он только перед телевизором.
Ужин наконец был готов, и мальчика позвали к столу. И тут выяснилось, что телевизор его мало увлек, зато Димасик без спросу залез в холодильник и умял почти недельный запас продуктов: колбасу, сметану, сыр – все, что попалось ему на глаза. Все, что планировали есть на завтраки. А теперь про еду парень и слышать не хотел и только невинно таращил голубые глаза из-под белесых бровей, когда мать отчитывала его.
– Что ж, – сдалась Татьяна, – придется дать ему компьютер – это у нас на крайний случай «погремушка»!
Татьяна извлекла из неприметного уголка веранды свою дорожную сумку и вынула оттуда ноутбук.
– На, играй в свои «стрелялки», но больше ничего у тети Лизы в комнате не трогай.
Димасик тут же уселся за игру и спустя минуту полностью ушел в нее.
Заняв ребенка, подруги вернулись на летнюю кухню и начали ужинать вдвоем. Челюсти Татьяны двигались непрерывно. Лиза удивлялась гостье: по виду чуть ли не анорексик, но отсутствием аппетита не страдает. А для нее самой каждый съеденный кусок оборачивался лишними килограммами. Еда на Лизиной тарелке оставалась почти нетронутой, в то время как Татьяна положила себе дополнительную порцию салата. За едой она, не останавливаясь, говорила о сыне, едва успевая в промежутке между словами проглотить кусок.
– Ты спрашиваешь, много ли времени Димасик проводит за компьютером? Думаю, что и сутки просидит, но я ему не даю. Но он не только играет, умеет и в Интернет выходить. Фотки делает на мобильный и на сайты их выкладывает, на форумах тусит! – в словах Татьяны чувствовалась материнская гордость за сына.
– У нас на даче нет Интернета, – заметила Лиза, с трудом запихнув в себя кружок кабачка: весь вечер Лизу подташнивало.
– А-а, – махнула рукой подруга, – я не о том, Лиз. Просто хотела сказать, что у нас с Димасиком не все так плохо. Закончили пятый класс! Пусть по облегченной программе, пусть на домашнем обучении, но в табеле есть и четверки! Так что я надеюсь, что через компьютер Димасик и с людьми научится общаться. Он вообще-то парень неглупый, но органика не позволяет ему сконцентрироваться на занятии, если оно ему не нравится.
– А есть перспективы на улучшение?
– Ну, Билл Гейтс из него вряд ли получится, но думаю, станет уверенным пользователем компьютера. Мы сейчас еще и с психологом работаем, и медикаментозную поддержку получаем, надеюсь, будет результат. Ладно, хватит о нас…А ты сама как? Что-то сегодня выглядишь вяло. Бледная, не ешь почти ничего.
– Устала просто. Вчера Севу проводила, сегодня в доме убиралась, – приступ тошноты заставил Лизу замолчать и даже затаить дыхание.
– Нет, ты мне скажи, Лизавета, – не отступала от расспросов Татьяна, – скажи, что тебя расстроило, все равно не отстану!
– Расстроило? Да, расстроило, что опять Севка весь газон скосил, ни травинки не оставил. Да еще тошнота навалилась. Сегодня утром даже вырвало разок! Но это ерунда, пройдет! Вчера квас пила, он мне сразу кислым, несвежим показался. И утром сегодня кружечку выдула. Зря. Надо было сразу вылить.
– Слушай! Лизавета! А ты часом не беременна?! – Татьяна прищурила карие глаза, пристально вглядываясь в лицо подруги.
– А то ты забыла, что у меня бесплодие, что мне даже ЭКО не помогло, да и когда это было!
– А вдруг? – настаивала Татьяна. – Говорят, ближе к сорока у женщин взрывается гормональный фон, и вероятность забеременеть увеличивается. Ты ведь не предохраняешься?
– Да мне и незачем предохраняться, – усмехнулась Лиза, угнездясь в кресле удобнее. – Ты знаешь это не хуже меня. И месячные у меня недавно прошли. А тошнота… я выпила днем несколько таблеток активированного угля, уже получше стало.
– Ты бы все же сходила к врачу, как вернешься в город!
– Да ну их, врачей. Даже думать о них не хочется.
– Ладно, о них ты потом подумаешь. Ты про себя скажи: если подтвердится беременность, ведь будешь рожать?!
