Оставив машину на парковке, Сева и Лиза побрели босиком по мелководью – почти след в след – вдоль песчаной дуги, охватывающей залив. Вначале миновали пространство цивилизации: кабинки для переодевания, высокие зонты от солнца, лежаки и во множестве – оголенные тела, распластанные на покрывалах. Но постепенно, по мере удаления от дачного поселка, цивилизация отступала, и вот уже, сколько хватало взгляда, протянулась узкая песчаная полоса вперемешку с галькой, не тронутая человеком.
Супруги прошли километра два вдоль безлюдного берега, оставляя на мокром песке отпечатки ступней, тотчас смываемые набегавшими волнами, и остановились. В этом спокойном месте можно было передохнуть и искупаться. Однако за уединенное купание приходилось платить очень неудобным вхождением в воду, потому что на дне у самого берега громоздились выступающие из воды камни, а между ними колыхались зеленоватые водоросли.
До нормальной глубины предстояло пройти метров сто: здесь, как и всюду, залив был мелкий. Сева первый вошел в воду. Он продвигался широкими шагами к горизонту, распугивая сидящих на камнях чаек – расправив крылья, они с резкими криками взмывали над поверхностью залива.
За ним последовала и Лиза, осторожно нащупывая ступнями неровное дно. Вода казалась холоднее после обжигающего солнца, и Лиза обхватила себя руками. В последнюю неделю она заметила, как набухла и чуть увеличилась ее грудь, что и следовало ожидать при ее подтвержденной беременности. С каждым метром камни попадались все реже, и Лиза ослабила внимание, но тут же поплатилась за это: скользкий от тины подводный камень будто кинулся ей под ноги. Ступня подвернулась, и, расплескивая брызги, Лиза плюхнулась в воду. Здесь на мелководье вода едва покрывала бедра, но боль в щиколотке не позволила незадачливой купальщице подняться быстро. И вдобавок почти тотчас острая судорога скрутила и голень.
– Сева! Сева! – закричала Лиза, но он не сразу расслышал ее зов в рокоте пенистых волн.
К счастью, Всеволод, зайдя на глубину, перед тем как поплыть, оглянулся и услышал жену, и увидел беспорядочные взмахи ее рук, совсем не похожие на взмахи пловца, – и поспешил назад, к берегу.
Сева торопился на помощь жене, но продвигаться получалось медленно – так порой бегут во сне, почти оставаясь на месте. Когда он достиг Лизы, она уже из последних сил боролась, чтобы не захлебнуться, когда набегающие на берег волны накрывали ее с макушкой; чтобы не стукнуться головой о камень, а главное – чтобы успеть сделать судорожный вдох в короткий промежуток отлива.
Подоспевший Сева подхватил тонущую на мели жену под мышки и потянул к берегу. Но если на глубине, пусть и на малой, крупное тело Лизы почти не весило, то последние метры, да еще среди камней, он едва тащил ее на руках.
Наконец оба в изнеможении рухнули на горячий песок. На солнцепеке судорога быстро прошла и затихла боль в лодыжке.
– Лиза, что с тобой случилось? Споткнулась о камень, это я понимаю! Но почему вдруг судорога?! Ведь сегодня и вода теплая: плюс двадцать три!
Лиза знала причину судороги, теперь они часто случались у нее и по ночам – такие судороги часто сопутствуют беременности. Совсем недавно она показалась гинекологу, ей сделали УЗИ и определили срок: почти восемь недель! Лизе тогда хотелось от радости и плакать, и смеяться одновременно, но врач тут же остудила ее пыл. Она предупредила, что в таком солидном для материнства возрасте, тем более при первой беременности, могут случиться непредсказуемые осложнения как у ребенка, так и у самой роженицы. И прежде всего велела провести генетический анализ: сделать пункцию плодного пузыря. А то не дай бог – лишняя хромосома, и вот уже на ребенке печать Дауна, а могут быть диагнозы и похуже, когда родившийся малыш два-три года промучается и в страданиях все равно умрет. Так стоит ли обрекать невинное существо на муки?!
Потому и мужу Лиза до этого дня не сообщала, что беременна, поскольку сама еще не поняла, как отнестись к этому событию. Но стресс, пережитый ею четверть часа назад, подтолкнул ее к признанию:
– Сева, я все не решалась тебе сказать…Я беременна. Восемь недель. Оттого и судороги, что ребенок кальций забирает.
– Какой еще ребенок?! Ты о чем, мать? Разве нам плохо живется вдвоем? Разве я не забочусь о тебе или был замечен в неверности? Да любая пара нам позавидует!
Лиза пересказала разговор с гинекологом.
– Вот видишь, какие риски! Нам только больного ребенка не хватало! Ты не забыла, что мне скоро пятьдесят?! Я еще алименты на близнецов не закончил выплачивать. А сколько денег понадобится для раскрутки нашего бизнеса? Ведь я уже и с людьми договорился, и гараж арендовал, где будем держать инструменты и стройматериалы. Или ты хочешь, чтобы я до самой пенсии так и пахал на чужого дядю?
