— Все троих, что ль, в обезьяннике держать? — скорчил недовольную гримасу Алексей. — Не имеем права закрывать их надолго. Да и, как я понял, у нас, и так будут неприятности. Вадим Евгеньевич, наверное, уже в курсе. Женушка оповестила.
— До вечера посидят, ничего с ними не случится! Если появится, кто из родственников, изложишь обстановку. Но особенно не распространяйся. Тайна следствия, понял!
— Понимаю, Павел Андреевич!
Машина подъехала к отделению милиции.
Глаза Павла внимательно следят за мальчишками. Вышли из машины, пошли к зданию милиции. Запястья скованы наручниками. Головы низко опущены на грудь, ссутулившиеся спины. Откуда такая жестокость? Мало уделяли внимания родители? Или телевизор с боевиками, ужастиками, драками, кровью? Дверь милицейского участка давно захлопнулась, а он все продолжает смотреть в пространство. Перед его глазами неотрывно стоят бледные лица и округлившиеся от страха, глаза ребят.
— Куда едем, Павел Андреевич? — нарушил размышления следователя, Валера.
— К потерпевшей. Матери погибшего.
Тамара Николаевна поднялась на веранду, опустилась в плетеное соломенное кресло. Руки в широких рукавах халата безвольно повисли с подлокотников. Женщина ощутила бессилие, словно паралич, овладел телом. Глаза остановились на перилах веранды. Зеленый кузнечик медленно сполз с листа сирени на барьер, подвинулся по деревянному ободку. Вот зеленая тварь! Откуда он взялся. Осень на дворе. Живет, и дела ни до кого нет! А мне что делать? Как жить? Над ее ухом прожужжала муха. Что ж я расселась? Она повела плечами. Володечку увезли в милицию, а я сижу!? Надо позвонить Вадиму, адвокату. Надо бить тревогу! Надо выручать мальчика! Она резко вскочила. Кресло завалилось на бок. Женщина, словно заблудилась, побежала по веранде вправо, потом влево.
— Что с вами? — домработница Настя остановилась в распахнутой двери. — Вам помочь?
— А что со мной? — словно очнулась Тамара Николаевна. — Со мной ничего. Разве ты не видела? Володю увезли! Надо Вадиму позвонить. Где мой телефон? Что ты стоишь? Делай что-нибудь! — крикнула Тамара и раздраженно стукнула ногой по деревянным половицам.
— Что мне делать? — пожала плечами Настя. — Ходит, где не надо ваш Володька, вот и нашел на свой зад приключений.
— Как ты можешь так говорить? — голос женщины сорвался на крик. — Я тебе деньги за работу плачу! Ты кормишься в нашем доме!
— Ой, подумаешь, куском попрекаете! — Настя сморщила нос, и, виляя бедрами, ушла.
Тамара Николаевна обхватила голову руками. — Куда я дела телефон? Надо срочно Вадику звонить! — вбежала в комнату, кинулась к дивану, сбросила на пол подушки в красных бархатных наволочках, растрясла плед, подбежала к журнальному столику, скинула газеты. Мобильник издал визгливый стон, стукнувшись о ковер. Села на диван.
— Кто его сюда положил? Настюха, зараза! — пробурчала скороговоркой, женщина, трясущимися пальцами нажимая на кнопки.
Звук модной мелодии усилил раздражение. Не мог оставить обычный звонок! Тоже мне крутой!
— Сейчас не могу! Томочка, позвони позже! — произнес голос Вадима, и короткие гудки оглушили Тамару, как гром.
— Не вешай трубку! Паразит!— закричала в трубку Тамара, снова набирая номер. — Не вешай трубку! — но телефон не отвечает. — Отключил, гад! Только о себе думает!— она набрала буквы сообщения. — Читай гаденыш! Твой сын! Негодяй! — ругательства в обилии посыпались из губ женщины. Она швырнула аппарат о спинку дивана, уперлась локтями в колени, положила на руки голову и застыла. Наконец мобильник пропел мелодию танго. Тамара схватила телефон.
— Не вешай трубку! Володю забрали в милицию! Я не знаю, что делать?
— Не паниковать! Я свяжусь с адвокатом! — спокойный голос мужа, вызвал в женщине новый приступ паники. Тамара отбросила мобильник.
— Легко ему говорить! Не паникуй! Володя в милиции! Голодный! Среди преступников! Подумаешь, дети подрались! Подрались и помирятся! Она вскочила. Собрать еды, отнести? Позвонить Наде? Кажется, так зовут Сережину мать! Но я не знаю номер телефона. Вместе учились в одном классе. Нет, ничего нельзя делать! Надо ждать! Вадим знает, как прекратить этот кошмар! Тамара легла, подложила под голову подушку, закрыла глаза.
