— Деньги предложи! Может быть, под залог домой отпустят. Он сознался?
— Сознался, сознался! — передразнил Вадим. — В чем ему сознаваться? Надо отказываться! Ничего не знаю, не видел, не убивал! А он разнюнился! Мишка в слезы и все рассказал. Толик вчера читал показания.
— Свидание просил? Как он там, голодный, наверное!
— Сам виноват! — покрутил головой Вадим. — Нашел компанию!
— Отпустят, в деревню с матерью отправлю. Там у нас дом пустой.
— Не надейся! Не отпустят! — Вадим, поглядел на жену. — После суда, возможно! Если удастся условное наказание выхлопотать! — он устремил глаза на дорогу. Потратил сегодня день впустую. Вечером тоже не удастся уйти. Сиди, гляди на эту толстую корову.
Андрей поглядел на красное лицо жены, похрапывающей на диване. Напилась! Горе у нее! Будто у людей все гладко! Кольку надо выручать! Вадим обещал! Но, в первую очередь, станет Володьку спасать. До Кольки ему дела нет. Завтра надо тренера попросить характеристику написать Николаю. В институт сходить надо! Пусть тоже напишут. Может на поруки?
Он взял телефон, вышел в коридор, набрал номер. Долгие, гудки, один другой. Положил трубку. Никто не берет! Заснули? Вернулся в комнату, посмотрел на часы. Одиннадцать! Завтра к Любаше зайду. Не повезло женщине! Мужа потеряла. Сын в тюрьму угодил, дочь на грани помешательства. И у самой больное сердце.
Прошел в спальню, сел, медленно стянул брюки, бросил на спинку кровати, рубашку. Откинул одеяло, лег. Неуютно стало в квартире. Совсем недавно, жизнь била ключом. Словно проклял кто! Повернулся на бок, прислушался к храпу жены, доносящемуся из соседней комнаты, подложил ладонь под щеку, как в детстве, закрыл глаза. Хорошо бы стать ребенком, хоть на время, пока все неприятности и беды утрясутся. Представил лицо матери. Голубой халатик, русые волосы, связанные на затылке в пучок. Улыбнулся, засыпая.
Галина застонала. Открыла глаза. Невыносимо болит голова! Сжала виски руками. Вчера напилась на поминках! Заснула на диване. На столе лист бумаги. «Завтрак на кухне. Буду не скоро. Попытаюсь добиться свидания с Колькой». Прочла Галя. Господи! Колька! На работу сегодня не вышла. Прокрутила на диске знакомый номер.
— Георгий Львович!
— Отдыхайте! — услышала в ответ. — Намучились с похоронами. Подруге передайте, выйдет, когда сможет!
— Спасибо!
Она вспомнила вчерашний день! Вела себя безобразно! В голове гудит! Руки трясутся! Надька жива, иль нет? Долго прислушивается к долгим гудкам в трубке телефона. Не берет трубку, зараза! — А, чтоб, ты сдохла! — заикаясь, произнесла женщина, с трудом поворачивая язык во рту. Вышла на кухню, налила в чашку чай, обжигаясь, отпила несколько глотков. Прошла в комнату, легла на диван, и заснула.
