Ударило магией, словно морозная волна пронеслась над двором, а все вокруг погрузилось в серую дымку. не поняв, что произошло, я оглянулся, и увидел, что вместо ракшасы у стены особняка дергается серое дымное облако. Маша. Она выпустила свой "Болотный туман", слегка поправив его. Вместо того, чтобы накрыть всех нас, укрывая от врага, он "обмотался" вокруг нашего единственного и совершенно неуязвимого противника.
Почувствовав, что у меня появилась фора, я еще приналег, если такое вообще было возможно, и, не сумев затормозить, упал грудью на кучу рюкзаков, успев вцепиться в вожделенный чехол, перекатился на спину, увлекая его за собой, а заодно чувствуя, как холодеет в груди. Ракшаса лишь взмахнула своим мечом, и заклинание "Болотного тумана" развеялось, словно его и не было. Вылетевшую следом из окна "Шаровую молнию" она отбила тем же мечом, а затем… К счастью, Маша успела выставить щит, насколько я успел заметить, по тому, как замелькали за окном синеватые сполохи. Палаческий меч, рубанувший по стене, выбил гигантский сноп искр и почти начисто снес эту часть этажа.
Трясущимися пальцами я судорожно расстегивал на совесть закрепленные ремешки на оружейном чехле, с ужасом представляя, что будет, если именно сейчас ракшаса снова решит заорать. К счастью для меня, в дело снова вступила Лари, каким-то чудом оказавшаяся на крыше, и оттуда спорхнувшая почти на середину двора, пролетев прямо над головой ракшасы. Снова взмах руки, безрезультатный удар латигом по глазам, который ракшаса даже не стала парировать, пируэт, с помощью которого тифлингисса снова едва-едва увернулась от кривого золотого меча, снова удар латигом и отчаянное бегство, часть которого пришлась даже на стенку особняка, по которой пробежала Лари.
Ракшаса, как мне показалось, даже в цвете изменилась. Словно кроваво-красное сияние появилось вокруг нее, она замотала головой, так, что ее многочисленный косы заметались черными змеями, оскалила пасть до самых ушей, грудь ее поднялась – она набирала воздуха для нового крика, а я только тащил из чехла увесистый штуцер. Помогли гномы – из разрушенного окна второго этажа выплеснуло хвост огня из пулеметного надульника. Треск выстрелов слился с визгом рикошетов, ракшаса зарычала, но крик не состоялся. А я уже переламывал стволы штуцера, запихивая в них два огромных, похожих на фаллические символы патрона.
А затем я перехватил взгляд бегущей через двор Лари и лишь кивнул. Этого кивка она и ждала. Резко остановившись, так, что каблуки ее сверкающих сапог взрыли дерн, она обернулась к ракшасе и что-то крикнула на неизвестном мне языке. И ракшаса поняла ее! Черты и без того отвратительного теперь лица исказились еще больше, она пригнулась и бросилась к тифлингиссе, топая так, что сваленные в кучу рюкзаки запрыгали, словно действительно статуя побежала.
Страх исчез. Тот самый страх, который буквально душил меня до последней секунды, исчез совсем. теперь передо мной стояла одна задача – двумя ударами загнать биллиардный шар – ракшасу, в лузу – в портал. А вместо кия должен был выступить штуцер. Удар его пули столь страшен, что сбивает с ног любое живое существо, существующее в Великоречьи. Даже каменного тролля, тяжелее которого сложно даже что-то себе представить. Сила удара пули шестисотого калибра – это как гром небесный. Я изо всей силы вдавил подбитый резиной приклад штуцера в плечо, и когда ракшаса оказалась на линии огня, нажал на первый спусковой крючок.
Отдачей меня чуть не развернуло, стволы уставились в небо, грохнуло так, что утраченный было слух вернулся мне в полном объеме, а ракшаса упала. И не просто упала, а ее еще и покатило по мокрой траве, в результате чего она оказалась в неприличной для ее статуса в пантеоне демонов позе, именуемой у южных народов "позой крадущейся мантикоры". Обернувшись ко мне, не меняя позы, она издала какой-то хриплый рев, и я едва сдержался, чтобы не выстрелить. В створ портала она пока не попадала. И тогда я побежал тоже, стараясь достичь ближайшего ко мне угла особняка до того, как ракшаса успеет что-то предпринять. Иначе мне хана. Твердая уверенность в этом вдруг в виде оформленного и подписанного приговора оформилась у меня в сознании. Если не успею, то все.
