Один из татуированных подошел к черному ходу и обменялся с ней взглядами. Энид кивнула, и тот незаметно вышел.
– Не знаю, как это все может вам помочь, – произнесла она.
– Вы сказали «они».
– Что?
– Вы сказали: «Они сдавали только шесть комнат». Они.
– И что?
– Я думаю, надо было сказать «мы», а не «они».
– Нет, все правильно, – возразила она. – Мы с Уайли тогда еще не были женаты.
– Когда «тогда»?
– Когда Уайли жил в первоначальной гостинице.
– Но вы сказали, что Аарон тоже там жил.
– Ну да. Вдвоем с Уайли. Я его мачеха. Я у них появилась, когда ему уже было девять лет. По правде говоря, с материнским инстинктом у меня слабо. Удивлены? Мы с Аароном никогда не были близки.
– А его настоящая мать, где она?
Энид бросила взгляд на дверь черного хода. Вернулся тот татуированный и сделал все, чтобы Энид его заметила. Стакан ее был уже пуст. Глэдис Соломенные Волосы без напоминания снова наполнила его.
– Миссис Корвал?
– Зовите меня Энид.
– Энид, что случилось с настоящей матерью Аарона?
– Это не имеет к вам и вашему делу никакого отношения.
– Кто знает.
– Каким образом? – спросила Энид и, повернувшись к нему, положила руку на стойку и заглянула прямо ему в глаза. – Я хочу сказать, что с первого же дня здесь все время твердила Аарону: «Даже не пробуй. Никогда. Ни капельки». Ведь все у него на глазах, он каждый день видел, что эта дрянь делает с человеком. И вот пожалуйста, все равно кончил тем, что его убили в каком-то наркоманском притоне. Вот вы скажите мне, мистер Грин. Как могла его родная мать иметь отношение к тому, что Аарона ждал такой конец? И раз уж на то пошло, какое отношение его родная мать имеет к вашей пропавшей дочери?
– Не знаю, – сказал Саймон.
– Уж если искать виноватых, то я более подходящая кандидатура, вам не кажется?
Саймон молчал.
– Мы с его отцом поженились. Он подрос, стал чаще болтаться здесь. Вечная проблема с подростками в таком тихом местечке. Люди думают, мол, какое очаровательное место и прочая чепуха. Красота – скучная вещь, приедается быстро. Чувствуешь себя как в западне. А таким, как Аарон, хочется большего. Такой уж он уродился. Я, между прочим, тоже, хотя мы с ним не родственники.
Он хотел поинтересоваться, что это за место такое, но это было бы неправильно. Он перевел разговор на другую тему и спросил:
– Мать Аарона сегодня была на панихиде?
Энид молчала, не поднимая головы.
– Неужели нельзя мне сказать, по крайней мере…
– Нет, – ответила Энид. – Ее там не было.
– Она еще жива? Она как-нибудь общалась со своим сыном?
– Я вас совсем не знаю, мистер Грин.
– Почему, знаете. То есть вполне достаточно. Мне все равно, чем вы тут занимаетесь или что происходит у вас в гостинице и все такое. Я не хочу доставлять вам ни малейшего беспокойства. Но, рискуя показаться занудой, я повторю: моя дочь пропала.
– А я не понимаю, какое отношение это имеет к…
– Скорее всего, никакого, – перебил он. – Но ведь может и иметь, правда? В полиции думают, что Пейдж могла убить Аарона, чтобы спастись. Или это сделал я. Или моя жена. Чтобы защитить свою дочь. Или там было что-то не так с продажей наркотиков. Версии, конечно, хорошие, но я все равно прошу вашей помощи.
Она принялась вертеть свой стакан, не отрывая взгляда от напитка.
– Так жива мать Аарона или нет?
– Хотите правду? – Энид подняла голову и долго разглядывала его в упор. – Я не знаю.
– Не знаете, жива ли она или мертва?
– Именно так, – сказала Энид и повернулась к Глэдис. – Налей-ка моему другу еще пива и отнеси в угловую кабинку. Нам с ним надо немного потолковать.
Вход в салон «Татуировка – пока ты ждешь» был перекрыт старыми добрыми дорожными ограждениями на А-образных стойках, с оранжево-белыми наклонными светоотражающими полосками по горизонтальной поперечине.
Елена Рамирес увидела два разукрашенных соответствующими знаками полицейских автомобиля и еще два других транспортных средства без опознавательных знаков. На взятом напрокат «форде-фьюжн», насквозь пропахшем вишней, она въехала на площадку перед салоном между шоссе и ограждением.
Один из полицейских нахмурился и двинулся к ней.
– Вы должны покинуть это место, – сказал он.
– А что здесь происходит?
– Пожалуйста, уберите с территории свою машину.
Елена могла бы помахать своими корочками, но, вероятно, ей все равно бы не разрешили. Она понятия не имела, зачем тут полиция, но спорить с полицейскими в любом случае глупо.
Самое время произвести небольшую разведку.
Елена поблагодарила полицейского, сдала назад и выехала обратно на шоссе. Остановилась где-то в сотне ярдов возле придорожного ресторанчика. Достала телефон и сделала несколько звонков. За полчаса она узнала все подробности совершенного в предыдущий день двойного убийства.
Жертвами были Дэмиен Горс двадцати девяти лет, совладелец салона, и восемнадцатилетний Райан Бейли, старшеклассник, который здесь подрабатывал. В первичном рапорте указывалось, что обе жертвы были застрелены во время неудавшегося ограбления, когда что-то пошло не так.
Ключевые слова здесь, подумала про себя Елена, – «что-то пошло не так».
