Подхожу к картинам и начинаю вникать. Всё просто. Плакса уже расположил картины в хронологическом порядке. Вот мать Садако показывает дочери… вполне себе милой девочке, кстати… какие-то фокусы с гадальными картами, свечами и хрустальным шаром. Вот картина, где она на какой-то пресс-конференции. Какой-то журналюга давит на неё, у Сидзуко стекает капля пота по виску, срыв, та всё бросает и уходит. Следующая картина. Сидзуко слегла. Постель, лекарства, бледное лицо. Следующая картина. Похороны. Сидзуко в гробу. Садако комкает в руках газету с броским заголовком «Большая мошенница с маленького острова» и фотографией её матери. Последняя картина. Садако смотрит на того самого матёрого журналюгу, что довёл её мать. Тот выглядит откровенно плохо. Из его глаз, ушей, носа и рта хлещет кровь. Видно, что жить ему осталось всего ничего…
– Ты молодец, Плакса, – хвалю я друга.
Тот смущается, но я-то вижу, что ему приятно.
Итак, можно подвести предварительные итоги. Имеем мы тинейджерку на этапе пробуждения демонической родословной. Случай, как говорится, не раз описанный. Во всяком случае, в табличках клана Ооцуцуки о подобном говорится. И подобное срабатывание сверхспособностей, доставшихся от демонических предков, с помощью злости, ненависти или наличия угрозы собственной жизни, там описывается как нечто банальное. И само собой разумеющееся.
Ведь сверхспособности… особенно такие, как у Якумо и Садако срабатывают не как пистолет, в руках опытного стрелка, а как… м-м-м… граната в руках у блондинки… И всего лишь пара смертельных случаев, по меркам Ооцуцуки, это почти безболезненное пробуждение своей родословной…
Ладно, обдумаем это всё чуть позже… Отходим к колодцу.
Стоп! Что это приключилось с особняком? Он весь сияет… вокруг всё чисто, опрятно и никакой грязи на полу. А воздухе витает аромат домашней стряпни.
– Разрушитель? Обжора? Ваша работа? – спрашиваю у друзей.
– Тоже мне работа! – фыркает Разрушитель. – Прошёлся тут и там с веником, кое-где заменил стёкла, приколотил половицы, да поправил шифер на крыше. Было бы о чём говорить…
Обжора вместо слов протягивает всем тарелку с пирожками.
«Вкуснотища!», – дегустирую я пирожок.
Несколько минут спустя
– Это вам! – протягиваю их долю пирожков Беде, Хулигану и Матерщиннику.
– Ом-ном-ном!
Ещё несколько минут спустя
– А затем она уничтожила свои воспоминания. Ну, насколько смогла. И стала в итоге духом мщения, который и сам не особо понимает за что она, собственно, мстит окружающим. Вот так оно и было… – заканчиваю я излагать свою версию, событий приведшую к появлению Садако-утопленницы, нематериального существа
– Тогда мой план «Лучи добра» тем более должен сработать. И всё закончится миром и дружбой! – аж подпрыгивает на месте Беда.
– Я никогда не пробовал делать классическое гендзюцу… – продолжаю я сомневаться в успехе плана.
– Ерунда, ты уже столько раз делал ненаправленные внушения, что уже абсолютно машинально делаешь ментальное внушение «Тут ничего интересного!», накладывая на себе образ фонарного столба или почтового ящика.
– Ну, если взглянуть с этой точки зрения…
– А тут нужно всего лишь сконцентрироваться на одной точке, и приложить усилия к определённой цели…
– Ну, допустим… Но зачем мне пытаться совместить режим «Семь мудрых вещей» и «Силу юности». Я никогда этого не делал, и не уверен в успехе…
– Потому что кашу маслом не испортишь!
Железобетонный аргумент. Тут, как говорится не поспоришь. Ладно пробуем.
Достаю из рюкзака свой плащ и прото-фуин «Юность». Накидываю на себя. Чувствую себя… странно. Складываю руки перед грудью в печати Сердца и кричу:
– Веди меня Сила Юности! Лучи Добра!!!
Час спустя
Ну… я более-менее пришёл в себя после моей… выходки. Чакроистощение немного отступило под натиском дюжины порций рамена. А к завтрашнему утру все неприятные симптомы, вроде усталости, головокружения и дрожи в руках пройдут, как не бывало. Но, уже сейчас я более-менее в норме. И могу подвести итоги нашей вылазки.
И итоги неутешительны. Всё опять закончилось катастрофой. Когда я закончил формировать лёгкое, чисто символическое гендзюцу, которое должно было передать Садако ощущение дружелюбия и нежелания драки с моей стороны… [Тяжелый вздох!] В общем, из моей груди ударил аж гудящий от огромной энергии луч света. Этот луч достиг колодца, испарил его ко всем чертям, и пройдя дальше, просто расколол остров пополам.
Потом у меня всё перед глазами потемнело от чакроистощения. Помню только оглушительный взрыв. Что и где взорвалось я сказать затрудняюсь. Ибо находился на грани потери сознания. Но меня, в который уже раз, выручили мои воображаемые друзья. Они выкинули меня в реальный мир, где я плотно поел, заготовленным на такой случай раменом.
