– Похоже, так оно и есть. Он также может поддержать разговор, как мне показалось, знает, чего хочет от жизни, и придерживается трудовой этики. Но мне все еще хочется гнать его поганой метлой.
– Папа! – Она фыркнула от смеха. – Да ладно тебе.
– Возможно, это меня немного успокоит… – Он повернулся к Кейт. – Я не спрашивал у него, потому что вопросов и так было много. Как давно вы встречаетесь?
– Пару месяцев.
– Ты влюблена в него?
– Похоже на то. Я знаю, что с ним я счастлива. Он вернул меня в танцевальный класс, а ведь я уже забыла, как мне нравилось танцевать. Я хожу на занятия в Нью-Йоркский университет не из-за него, но думаю, он придал мне уверенности. Приятно иметь нормальную жизнь.
Он смотрел на нее и кивал, а потом перевел взгляд на панораму города.
– Мне было нелегко отпустить тебя в Нью-Йорк. Но я без труда признаю, что ты была права. Тебе это пошло на пользу.
– Это не значит, что я не скучаю по тебе и дедушке. И Консуэле. Я скучаю по садам и бассейну. Я и правда очень скучаю по бассейну. Но…
Она встала и подошла к стене.
– Мне нравится гулять где захочу, встречаться с друзьями за чашечкой кофе или ходить по клубам. Нравится ходить по магазинам за джинсами, обувью, да за чем угодно. Время от времени кто-нибудь смотрит на меня и говорит, что я им кого-то напоминаю. Но на самом деле никто не обращает внимания.
– Скоро выходит твой фильм. Все может измениться.
– Не знаю. Посмотрим. Надеюсь, что не сильно и ненадолго. В любом случае я не чувствую себя так… уязвимо, что ли.
Она повернулась к нему и с улыбкой сказала:
– Я стала тверже.
У Шарлотты было все. Она заполучила до неприличия богатого, снисходительного жениха, который считал ее самой очаровательной и восхитительной женщиной в мире. Секс не был проблемой – несмотря на его возраст, у него был свой стиль. Кроме того, сделка того стоила.
Она жила в самом большом особняке Холмби-Хиллз, площадью пять тысяч квадратных метров, с мраморными стенами, двадцатью спальнями, бальным залом, двумя столовыми – в большой стоял изготовленный по специальному заказу стол из зебрано на восемьдесят персон – и кинотеатром на сто мест. У нее была собственная гримерка, гардеробная, примыкавшая к двум комнатам-шкафам и третьей комнате, где стояла ее обувь.
Ее драгоценности – Конрад ее баловал – хранились в сейфе.
На без малого двадцати пяти тысячах квадратных метрах располагались необычный извилистый бассейн, теннисные корты, двухуровневый гараж с лифтом, сады, шесть фонтанов, в одном из которых теперь стояла ее статуя, поле для гольфа и небольшой парк с прудом с карпами кои.
В ее распоряжении был штат из тридцати человек, включая личного секретаря по социальным вопросам, двух личных горничных, водителя, костюмера и диетолога, который планировал ее ежедневный рацион.
Согласно контракту, ей полагался специалист по связям с общественностью, в обязанности которого входило подавать и распространять истории и следить, чтобы ее фотографировали на каждом мероприятии.
Конечно, у нее был доступ к трем частным самолетам, особняку на гавайском побережье Кона, тосканской вилле, замку в Люксембурге и поместью в Озерном крае Англии. Не говоря уже о суперъяхте.
Под руку с Конрадом она вошла в высшие слои не только голливудского, но и всего остального общества.
Он купил права на сценарий, который она выбрала, и продюсировал то, что она считала блокбастером, главная роль в котором принесет ей славу и обожание, которых она заслуживает.
Но этого было мало. Если учитывать, что она сидела в постели с подносом для завтрака: греческий йогурт с ягодами и молотыми льняными семечками, омлет из одного яйца со шпинатом, ломтик тоста из пророщенных зерен с миндальным маслом – и вынуждена была смотреть, как режиссер Стивен Маккой тараторит о Кейт и ее дурацком фильме на шоу Today…
– Это во многом командный фильм, семейная история, но Олив – его сердце. Кейтлин Салливан привнесла его в фильм. Она была отрадой режиссера, профессионал, подготовленная. Трудовая этика Салливана – что ж, это словосочетание не просто так стало нарицательным. Оно передается из поколения в поколение.
– Какой бред.
В душе у нее все пылало, да с такой силой, что это пламя выжигало у нее из глаз слезы.
И еще Кейт такая молодая, свежая, красивая.
Плохо, подумала Шарлотта, плохо, что чертов трейлер повсюду, и каждую из многочисленных рецензий она воспринимала как пощечину.
Она еще может все исправить, подумала Шарлотта.
Она взяла телефон. Посмотрим, как эта маленькая сучка, стоившая ей семи лет жизни, отреагирует на прессу, за которую она щедро заплатит.
Таблоиды вышли в день премьеры «Перемены мест». Статьи с заголовками ЛЮБОВНОЕ ГНЕЗДЫШКО КЕЙТЛИН и СЕКС В БОЛЬШОМ ГОРОДЕ мелькали в каждом газетном киоске города. В основном на первых полосах оказались фотографии многоквартирного дома в Адской кухне и Кейт и Ноя, застигнутых за поцелуем у входа на сцену. Соседи в интервью рассказывали о диких вечеринках, делились подозрениями о пьянстве и наркотиках. Подробности жизни Ноя и его семьи растянулись в колонке на несколько сантиметров.
– Мне жаль.
