Фёдор сначала познакомился с крупным полосатым котом своей масти, потом подрался и подружился с чёрным котищей по кличке Гнусь, а потом встретился с очаровательной красавицей Чудью Болотной. Собственно, ради неё он и ходил к тому дому. Именно благодаря этим прогулкам по двум заросшим участкам-пустырям, на которых сейчас располагается дом Владимира и его владения, Фёдор летом и обнаружил погибающих в пакете Мауриных котят.
– Сплошная польза от некоторых кошечек! И котят спас благодаря тому, что к ней шел, и с Гнусью сдружился, и хозяйку её видел…
Правда, это самую хозяйку Фёдор видел не очень часто – она была занята. Работала.
– Она делает всякие забавные штуки, а потом водит по ним палочкой с кусочком шерстки, на них получаются коты, кошки, лисы и птицы, – объяснял полосатый кот. – Потом она куда-то их уносит и говорит, что ей заплатили. А заплатили – это очень хорошо! Это значит, нам всего-всего хватает! У нас одного Гиря поди прокорми!
Кот по имени Ваша Полосатость, а для приятелей просто Полосатый, кивал на огромного-преогромного серого пса, лениво развалившегося на крыльце.
Фёдор с ним тоже познакомился. Пса звали Гирь, и он совсем не возражал против гостей-котов.
Вот это-то летнее знакомство Фёдора и вдохновило.
– Такая мыыышка, самая-самая тихая, пррриятная… Мыша́ка рядом нет, приходил какой-то, да выгнали летом. Ой, как гнали, как гнали… – Фёдор насмешливо зафыркал, припоминая увиденное. – Нас любит, людских котят любит… Если уж тех, своих двух кошмариков – мышариков любит, то мой Мишка ей точно понравится! Да и вообще она котославная! И пахнет симпатично, – Фёдор припомнил, как эта самая котославная его погладила, да сырком угостила, а потом вытянул самую-самую ценную мышку из своего мышиного коллектива и осмотрел. Беленькая, пушистая, ах, какая!
– На данный момент, это мне очень даже нравится! – сообщил он оставшейся мышиной кучке, – А там посмотрим, как получится! И на этом смотр объявляю закрытым, – он ловко смёл мышей в абсолютно тайное подкресельное пространство и полизал лапу. – Один хлопоты с этими людьми! Так заведёшь, а потом весь в трудах, весь в заботах! – кот покосился на окно, за которым мороз царапал острыми когтями стекла, и продолжил, – Но как без питомцев-то… Холодно, тоскливо, неуютно! Ээээх, ладно уж, потружусь… им да себе на благо.
Кот поднял голову, присмотрелся к ночной темноте и принюхался к ветерку, влетающему в чуть приоткрытую форточку.
– Да, я прав. Не ошибся! Это точно они – котоперемены. Они пахнут особенно! Нет не тревожно, а волнительно, интересно, чуть страшноватенько, но весело и приятно. Добррро пожаловать, я вас жду! – кот кивнул в сторону форточки, словно приветствуя это самое явление – котоперемены в убежище.
Конец второй книги.
