- До закрытия. Я плотно поел и затем расслабился за спиртным.
- А закрываются они в...
- В два часа ночи.
- Кто-нибудь может это подтвердить?
- Официантка. Ее зовут Корал Карлайл. Моя добрая знакомая.
Я поморщилась. Не понравилось мне, как прозвучало это "моя добрая знакомая". Совсем не понравилось. Разумеется, я понимала, что веду себя как подросток, умственно отсталый подросток. Кто его знает, может, все-таки этот ссохшийся маленький человечек и есть убийца?!
Мерфи совершенно ошибочно интерпретировал мои гримасы.
- Она не настолько хорошая знакомая, чтобы лгать, когда речь идет о расследовании убийства, если вы об этом подумали.
Я заверила его, что не об этом. И сказала чистую правду.
- Обещаю, последний вопрос - и все. Уж извините.
- Не стоит извиняться, - улыбнулся он. - Мне даже нравится этот допрос, честное слово, нравится.
- Я хотела спросить, - странно, но голос мой почему-то тоже вдруг начал дрожать, - вы когда-нибудь слышали о женщине по имени Агнес Гаррити?
Билл с полминуты размышлял.
- По-моему, нет... А что, должен был слышать?
- Не обязательно. Это старушка, которая жила в том же доме, что и Нил Константин. Ее убили за неделю до его смерти.
- Точно! То-то мне имя показалось знакомым! Наверное, что-то такое читал в газетах.
- Но никогда с ней не встречались? Вы ведь раньше часто бывали у Константина?
- Возможно, за столько лет и видел ее пару раз в лифте, но не уверен. Простите... Жаль, что не смог оказаться более полезен...
Только на улице ко мне вернулась способность здраво мыслить. Господи, сказать, что я вела себя совершенно непрофессионально, - ничего не сказать! Меня не то что лицензии надо лишить, а в психушку упрятать! Сыщица выискалась...
- Поделом тебе, если Билли Мерфи действительно окажется убийцей, сурово рявкнула я на себя. И назидательно добавила: - И прострелит тебе башку, глупая ты курица!
Глава семнадцатая
В воскресенье вечером мы договорились со Стюартом вместе поужинать. В половине четвертого раздался телефонный звонок:
- Есть какие-нибудь мысли, куда бы ты хотела пойти?
- Когда-нибудь слышал об ирландской пивнушке под названием "Шанахан"?
Вскоре я уже отмокала в ванной, погрузившись по подбородок в благоухающую пену. Мысли мои как заведенные вертелись вокруг имени "Корал Карлайл". Оно будоражило в моем воспаленном воображении всевозможные образы, один мерзопакостнее другого. Корал Карлайл - блондинка, уж как пить дать. И наверняка имеет отношение к шоу-бизнесу. С таким имечком люди не рождаются. Они им обзаводятся в корыстных целях. А официанткой эта вертихвостка трудится только потому, что ей еще не предложили выгодного контракта. И уж точно она высокая и стройная, дюйма на три выше Мерфи, не меньше. А еще она наверняка дьявольски чувственная! И уж говорить не приходится, что ноги у нее растут прямо от шеи, а на ее совершенном теле нет ни капельки жира! И, понятное дело, ей нет и тридцати! Вот мерзость-то, правда?!
И что с того, что какой-то час назад я призывала прострелить мне башку? Я не из тех людей, кто внемлет предупреждениям доброжелателей. Да и безрассудная страсть совсем не в моем духе. Когда речь заходит о моей личной жизни, я хладнокровна как удав. А тут на тебе, ревную к женщине, которую в глаза не видела, да к тому же еще и субъекта, которого видела всего однажды!
- Так чье алиби ты там собираешься проверить? - осведомился Стюарт, когда мы сели в такси.
- Бывшего партнера жертвы. Покойный Нил Константин задолжал ему кучу денег, и Мерфи - так зовут партнера - перестал, мягко говоря, испытывать к нему дружеские чувства. Слушай, если заведение нам не понравится, мы можем там только выпить, а ужинать пойдем в другое место. Но Мерфи рассказывал, что там подают замечательную солонину с капустой.
- Ты купила меня с потрохами! Знаешь, ведь, я с ума схожу по солонине с капустой.
- Прекрасно знаю, но, к сожалению, у них это блюдо только по понедельникам.
- Вот зараза!
"Шанахан" оказался совсем крошечным заведением, типичной пивнушкой, где столы покрыты скатертями в красную клетку, стены обиты темными деревянными панелями, а пол посыпан опилками. В заведении толпился народ и стоял оглушительный шум. Мы заранее заказали место, и нас провели к столику в дальнем конце зала, прямо напротив кухни.
Не успели мы сесть, к нам тут же подскочил маленький официант с гнусавым голосом. Судя по всему, он только-только достиг возраста, начиная с которого можно иметь дело со спиртными напитками.
- Два перье, - заказал Стюарт.
