– Поскольку, мистер Броуди, как мне показалось, свою собственную жизнь вы не цените, я буду держать под прицелом мистера Эберса, пока мой коллега не прикует наручниками вас обоих. Если попытаетесь напасть на Дермотта и даже ухитритесь сделать это успешно, я сразу же пристрелю мистера Эберса, а затем разберусь и с вами. Дермотт рассказывал мне, что вас отличают превосходные рефлексы. Увы, но подобные таланты порой развивают в человеке излишнюю самонадеянность и толкают на безрассудные поступки, и потому спешу вас заверить: стоит вам лишь сделать лишнее движение, как я всажу в вашего друга три пули подряд. Стреляю я неплохо, и его смерть станет мгновенной. В лучшем для вас случае вы сможете совладать с нами обоими, но мистер Эберс отправится на тот свет. В худшем – получите сильный удар по голове, а мистеру Эберсу все равно не жить. Поэтому любой ваш порыв приведет к одинаковому результату, а именно – к смерти мистера Эберса. Ясно?
Я кивнул. Он говорил тоном человека, привыкшего отдавать распоряжения, которые незамедлительно выполнялись.
– Отлично. Займитесь делом, Дермотт.
Тот запер на засов входную дверь, перевернул табличку надписью «Закрыто» наружу и опустил жалюзи на окнах. Затем он вернулся к нам, продернул цепочку наручников через перекладину спинки мягкого виндзорского стула, на который я вынужден был сесть, и защелкнул браслеты на моих вывернутых за спину кистях рук. Потом проделал ту же операцию на Эберсе.
– Превосходно. А теперь давайте быстро покончим с формальностями знакомства. Меня зовут Лоренс Кейси, а моего напарника, с которым вы имели удовольствие встречаться рядом с собственным домом, Дермотт Саммерс.
Самодовольный и заносчивый при нашей первой встрече, Дермотт в присутствии Кейси больше походил на услужливого лакея, и я понимал почему. Кейси излучал властность. В его манерах присутствовало нечто величавое и отстраненное, словно сам он считал нынешнее занятие ниже собственного достоинства. Каждый волосок в его прическе был тщательно зачесан назад и стянут в «конский хвост», свидетельствуя о том, что этот человек предельно аккуратен даже в мелочах. На нем был отлично сшитый черный костюм и в тон ему водолазка из того же материала, какой использовали люди, напавшие на нас в Соге, только с виду чуть более плотного. Дермотт носил схожего покроя пиджак, но с широкими лацканами, чтобы сгладить впечатление от чрезмерной ширины плеч. На ногах у обоих красовались одинаковые черные мокасины – легкие, мягкие, не издававшие при ходьбе ни звука. И оба были японцами.
Я поинтересовался с наигранным недоумением:
– Дермотт? Кейси? Что за имена для выходцев из Японии?
– Считайте это творческими псевдонимами, – не без иронии ответил Кейси, вложил пистолет в кобуру и оправил складки пиджака.
– Можем мы теперь поговорить о моей дочери? – спросил я.
Он окинул меня суровым взглядом.
– Вы, кажется, собираетесь диктовать нам свои условия, мистер Броуди?
– Нет, но я всего лишь…
– Впрочем, мы тоже не настроены отнимать у вас много времени. Запускайте часы, Дермотт.
Часы? Какие часы?
Но прежде чем я успел что-либо понять, Дермотт поднял пистолет и выстрелил в Эберса.
Эберса отбросило на спинку стула. От ужаса у него буквально отвисла челюсть. Левая штанина на бедре окрасилась кровью.
– Броуди… – пробормотал он.
– Держитесь, Билл, – сказал я и крикнул Кейси: – Какого дьявола вы творите? Мы же в наручниках!
Его лицо помрачнело.
– Вы слишком глубоко засунули свой нос в наши дела, мистер Броуди. Мне даже пришлось специально вернуться в Сан-Франциско, а это не только напрасная трата моего времени, но и… грубое нарушение наших правил. Так что ответная мера лично мне представляется адекватной. Дермотт прострелил бедренную артерию, и мистер Эберс будет истекать кровью в течение промежутка времени, который легко поддается подсчету. Если не остановить кровотечение, он умрет через двенадцать, максимум – пятнадцать минут. Со скованными за спиной руками вы не сумете помочь ему. Ключ от наручников у нас. После этого вы еще желаете высказать какие-то требования?
– Нет, – процедил я, кусая губы.
Я посмотрел на Эберса, у которого от боли и напряжения вздулись вены на лбу. Кейси улыбнулся:
