В такой день, как этот, хотелось вскочить на лошадь по кличке Десперадо, въехать верхом в ближайший салун, опрокинуть пару стаканчиков виски и веером выпалить в потолок. Просто так. Для смеху.
Правда, это не совсем ее стиль, но приятно иногда помечтать.
Только это ОК. А значит, никаких салунов, запрещенных шестизарядных револьверов, преступники обзавелись автоматами, и все равно стрельба в баре антиобщественна.
Маникюр и педикюр вряд ли представляли собой решение новой проблемы Лейси, но по крайней мере были неплохим началом.
Лейси вплыла в дверь «Стайлиттос», как раз когда Джейми с Волосами Всех Цветов Радуги читала колонку «Преступления против моды», посвященную Энджи. Остальная часть газеты уже покоилась в мусорной корзинке. Джейми объявила, что Лейси — гений, и даже не упомянула о заголовке. Стелла оттащила ее в сторону.
— Потрясающе. А заголовок сразу вводит в курс дела.
В ее лице не было и тени сарказма.
— Как ты сумела раскрутить Маршу на откровенность? Невероятно!
— Обычно людям просто надоедает держать язык за зубами.
Стелла схватила газетный лист и протянула Лейси:
— Не подпишешь? На память.
— Собственно говоря, я пришла сделать маникюр и педикюр.
— Заметано. Но сначала подпиши.
Стелла протянула ручку. Лейси смутилась, но уж очень не хотелось, чтобы стилистка расстраивалась. Она нацарапала подпись.
— Спасибо, Лейси. Ты сделала это. Сказала миру, что Энджи не самоубийца, что копы все напутали и что ее убили.
— Но как насчет убийцы?
— Даже настоящие детективы не всегда находят преступников. Иногда приходится практически натыкаться на злодеев, когда они покидают место преступления. Так говорит Вик.
— Да ну! Прямо так и говорит?
— Как по-твоему, это дело рук федералов? И Марша права? Федералы вполне способны изобразить самоубийство.
— Похоже, ты недавно посетила Дедфед-сайт?
Стелла мрачно кивнула.
— У Бобби есть ноутбук. Он в «паутине» — как у себя дома. Я чуть не описалась, когда читала список самоубийств, вызывающих сомнения. Теперь туда включили и Энджи, так что люди всего мира смогут о ней прочитать. Я очень тебе благодарна.
— Погоди-ка. Это не похоже на Стеллу Лейк, которую я знала. Та Стелла послала бы меня в ночь с напутственными словами и миссией. Самоубийственной миссией.
Стелла отвела Лейси в сторону и понизила голос:
— Крысиный Король с катушек слетел от злости. Он был здесь до открытия салона. И уже успел прочесть газету. В жизни не видела его в таком бешенстве. Пригрозил уволить и едва не сломал мне руку.
Она показала Лейси огромный синяк на предплечье.
— Боже, Стелла, он настоящее животное!
— Он вне себя. Все твердит, что Энджи разорит «Стайлиттос». Не будь тут Бо, не знаю, чем бы все кончилось.
— Бо? — переспросила Лейси, пытаясь вспомнить, о ком идет речь.
— Он пытался уговорить Крысиного Короля позволить ему бросить колледж и работать в салоне. Крысиный Король никогда не учился в колледже. Поэтому он убьет Бо, если тот вернется домой.
— Ты думаешь, это Бойд? Бойд убил Энджелу? — прошептала Лейси.
По кафельному полу отчетливо простучали каблучки-шпильки очень-очень дорогих черных туфелек из лакированной кожи. Жозефина Редфорд бросила в руки Стеллы большой букет из желтых и красных тюльпанов и лиловой сирени.
— Это в знак извинения за поведение моего tres fou[28] экс-муженька. Борегар все рассказал мне о маленькой истерике Бойда и добавил, что боится за вас. И после того, как я рассталась с Бойдом, уверяю, он трижды пожалел, что все это затеял.
На Жозефине были узкие черные капри и лимонно-желтый свитер со стратегически верно расположенными полосками лакированной черной кожи — на лифе, рукавах и по воротнику.
— Яне могу терять из-за него лучших стилистов, — заключила она, встревоженно поглядывая на Лейси. Правда, нужно отдать ей должное, быстро взяла себя в руки. — Лейси Смитсониан! Bonjour[29]! Так приятно снова видеть вас! Бойд рвет и мечет из-за вашей колонки. У этого человека нет мозгов. Это всего лишь газета! Что тут расстраиваться!
— А вы читали? — спросила Лейси.
Жозефина пренебрежительно махнула рукой:
— Просмотрела. «Сегодня волосы — завтра лысина». Метафора, верно?
Стелла принялась хлопотливо расставлять тюльпаны в вазе на столике приемщицы.
Жозефина перебрала флакончики с шампунями и кондиционерами вокруг кассы и смахнула с пальцев воображаемую пыль.
— Mon Dieu[30], клянусь, этот человек все принимает на свой счет! Словно она покончила с собой из-за него! — Жозефина прошептала французское ругательство и пожала плечами: — Кто знает? Он мужчина.
А жутковатая репутация самой Жозефины? Возможно, она и Бойд друг друга стоят.
— Вы не знаете, где был Бойд в ту ночь, когда умерла Энджи? — спросила Лейси.
— Со мной. На благотворительном балу. Предпочитаю не выпускать его из виду, когда он тратит мои денежки.
— На каком именно балу?
