За дни одиночества, показавшиеся Итану целой жизнью, он отвык от повышенных тонов и экспрессивных речей. Крик жены, срывающийся на плач, резал, как ножом без наркоза. Голосовое сообщение распалось на ледяные осколки: «Итан, если ты это слышишь, ответь, пожалуйста! Я в морге. Тут лежит тело, которое долго пробыло в воде, и, черт, оно похоже на тебя! Ты жив? Я не знаю, что сказать нашему сыну. Может быть, я сейчас говорю сама с собой!»
Телефон, словно издеваясь, предательски сел, мигнув красным прямоугольником разрядившейся батареи. Отель находился на другом конце города, и Фримен решил купить самый простой одноразовый телефон в ближайшем магазинчике бытовых товаров, чтобы скорее развеять сомнения Офелии. Все-таки он стал причиной ее нервного срыва… Продавец – широкоплечий мужчина в клетчатой рубашке – посмотрел на Итана с некоторым сомнением, словно подозревал в мошенничестве или иной преступной деятельности. С его точки зрения, только человек, которому было что скрывать, мог приобрести одноразовый мобильный. Ну, или фанатик, верящий в скорое наступление Армагеддона или правительственную слежку-прослушку, что для некоторых людей являлось своеобразными синонимами.
– Да, мой смартфон сдох, жена волнуется… Я ей давно должен был позвонить…
Продавец понимающе хмыкнул:
– Женщины… Любят устроить драму на пустом месте. Не понимают, что если мужчина на время пропал с радаров, значит, была на то веская причина.
– Точно, – с жаром подтвердил Итан, радуясь, что его поняли.
Лавочка стояла на отшибе города, и к ней подступала лесная чаща. Уже по привычке Итан двинулся к тому самому водопаду из рекламного буклетика.
Оказавшись под куполом еловых веток, усыпанных бриллиантами застывших дождевых капель, писатель набрал номер Офелии, который помнил наизусть. Раздались гудки с долгими паузами. На звонок не отвечали довольно долго, как будто сдались и смирились, что никто на на том конце провода уже не ответит.
А в это время в Силикон-Грейс, за много миль от Лейк-Валли, откуда звонил Итан, проклиная все и надрывно завывая, женщина рылась в сумочке, в которую зачем-то убрала телефон. На стоящие рядом мягкие кресла в зале ожидания больницы посыпались карандаши для глаз, помады, влажные салфетки, ключи, витамины, зарядка для телефона и прочие мелочи. В уродливом свете галогенных ламп больницы Офелия переживала наяву свой худший кошмар. Флакончик помады с тихим звуком упал в дырку между сиденьем и его спинкой и, судя по звуку, закатился за ножку. Офелии было плевать на упавший тюбик, она дрожащими пальцами схватила телефон и, не веря своему счастью, прижала мобильный к уху. Она даже не обратила внимания на то, что номер был незнакомым: благодаря какому-то шестому чувству она знала, что сейчас услышит голос своего мужа. По щекам черными реками стекали слезы, перемешанные с тушью. Миссис Фримен еще не знала, что ждет ее дальше. Лучше бы Итан тогда не ответил.
– Алло? Дорогая? Тут ужасно плохо ловит связь, я в Лейк-Валли, решил дописать новую книгу. Она точно будет шедевром!
Офелия закрыла рот рукой, чтобы не дать новым всхлипам вырваться наружу.
– Ты еще в морге? – как ни в чем не бывало будничным тоном поинтересовался Итан, словно в последний раз они созванивались несколько минут, а не недель назад, и сейчас собирались обсудить, что взять в супермаркете на ужин.
– Д-д-да.
– Ну, можешь идти домой, я скоро вернусь. Я собрал достаточно материала, да и билет обратно у меня взят на завтрашнее число… Так что завтра вечером или послезавтра утром мы уже увидимся.
– Ты хоть представляешь, через что я прошла? Неужели нельзя было отправить хотя бы одно СМС?
– Ты не понимаешь, это бы нарушило мое погружение в историю…
– Я тебя уже мысленно не один раз похоронила! Все гадала, где ты и что с тобой могло произойти…
– Но теперь-то ты знаешь, что со мной все в порядке.
– Это ты мне так за ссору отомстил? За ту, что сам же и начал? А если бы я подтвердила, что на том холодном медицинском столе лежишь ты? Задокументировала твою смерть? Если честно, это может быть вообще кто угодно, твоего роста и комплекции. Этот… человек… уже ни на кого не похож. Или похож на всех сразу. От лица ничего не осталось, тело разбухло и посинело… Он разбился, упав со скалы в наше с тобой озеро. Мы туда раньше часто ходили вместе плавать. Ты любил прыгать туда с утеса, вот я и подумала… подумала, что…
Офелия говорила что-то еще, но слушать ее было неинтересно. В голове Итана рождалась история, как одинокий турист разбил палатку, оставил в ней свои вещи, походный рюкзак, консервы и запасную одежду. А потом решил вспомнить юные годы и понырять со скалы. Что-то пошло не так: может, тот мужчина не рассчитал прыжок, а может, хотел сделать какой-то переворот в воздухе…
– Типичный Итан! Это так похоже на тебя, – закончила жена. – Я даже жалею, что это не ты лежишь здесь безмолвно на разделочном столе…
